Василий шуйский правил. История и этнология

Василий Шуйский (1545–1612 гг.) известен как последний представитель рода Рюриковичей на русском престоле. Он также вошел в историю как единственный русский царь, погибший в плену заграницей. Почему его биография так трагична?

Родословная

Василий Иванович Шуйский принадлежал к суздальской ветви Рюриковичей. Названая ветвь происходила от князя Андрея Ярославича, брата Александра Невского. Отцом Василия был князь Иван Шуйский, авторитетный государственный деятель при Иване IV, а матерью Анна Федоровна.

Василий был женат дважды. Сначала на княжне Елене Михайловне, а затем на княжне Марии Петровне. Две дочери Шуйского скончались ещё в младенчестве. Младшая из них царевна Анастасия Васильевна родилась накануне свержения Шуйского и умерла уже в ссылке.

Служба при дворе

Службу при дворе Василий Шуйский начал ещё при Иване IV. До чина боярина он дослужился уже в 1584 году. Возвышению Василия во многом поспособствовал брак его брата Дмитрия Шуйского с дочерью Малюты Скуратова. Свояком Василия был Борис Годунов. Это ни в коей мере не ослабило противостояние между будущими царями. В итоге Шуйский мало того что проиграл борьбу за влияние на царя Федора Иоанновича, так ещё и угодил в ссылку на 4 года.

Возвращение князя ко двору в 1591 г. совпало с гибелью царевича Дмитрия Иоанновича. Шуйский возглавил комиссию по расследованию происшествия. В заключении, представленном комиссией Боярской думе, говорилось, что царевич умер в результате несчастного случая. Итоги расследования «угличского дела» помогли Шуйскому вновь стать частью административной элиты. Тем не менее, опасаясь появления конкурентов в борьбе за престол, Годунов запретил князю жениться.

Восхождение к трону

Приход к власти Василия Шуйского достоин стать основой для одного из эпизодов «Игры престолов». Борис Годунов не испытывал к нему доверия не без оснований. Так, несмотря на то, что в одной из битв Василий разбил Лжедмитрия I, несколько месяцев спустя он занял сторону самозванца и «признал» в нём погибшего царевича. Князь заявил, что его выводы по «угличскому делу» были подлогом.

Невзирая на это, получив власть, Лжедмитрий I приговорил Шуйского к смертной казни, которую впоследствии заменил недолгим заключением. Возвратившись ко двору, Шуйский и некоторые его сторонники начали готовить заговор против самозванца, распространяя слухи о смерти настоящего царевича. В итоге всё закончилось убийством Лжедмитрия І.

Василий Шуйский пришел к власти после смерти самозванца. Его избрание на царство состоялось в мае 1606 г. перед восставшими, собравшимися на Красной площади. С воцарением Василия Смутное время вступило в новую фазу. В стране вновь появился боярский царь.

Правление Василия Шуйского (1606–1610 гг.)

Начало правления Шуйского было отмечено его желанием замолить прошлые прегрешения. Причем нередко он делал это публично. Но стоит сказать, что попытки переломить обстановку в обществе не имели успеха.

Внутренняя политика

Одним из самых знаковых в деятельности нового царя стало создание так называемой крестоцеловальной записи. В этом документе имелись пункты, ограничивающие царскую власть. В частности, царь клялся никого не казнить без судебного решения, принятого вместе с боярами.

В период царствования Шуйский попытался упорядочить правовые отношения землевладельцев с зависимыми людьми. Василий увеличил срок сыска беглых крестьян. Известны монеты Василия Шуйского. Хотя его правление отмечено снижением весовой нормы копейки.

Новому царю не удалось остановить Смуту. Наоборот, страна всё глубже погрязала в гражданской войне. Восстание против Шуйского началось сразу после его воцарения. Причем восставшие вновь использовали слух о чудом спасшемся царевиче Дмитрии. Сначала с этим лозунгом выступил Иван Болотников, а затем и Лжедмитрий ІІ.

Новый самозванец, получивший прозвище «тушинский вор», достиг немалых успехов. Обосновавшись в Тушино, он организовал параллельные органы управления, под его власть ушли некоторые территории, а также перебежало ряд бояр и служилых людей.

Внешняя политика

Внешнеполитическая деятельность царя была напрямую связана с внутренними проблемами. Чтобы подавить восстание Лжедмитрия ІІ Шуйский обратился за помощью к правителю Швеции Карлу IX. Договор о военной помощи, который он заключил, предполагал уступку Швеции города Корелы.

Племянник царя Михаил Скопин-Шуйский одержал несколько побед над войсками Лжедмитрия ІІ, но в 1609 г. стартовала польско-литовская интервенция. В битве при Клушине русская армия была разбита, что стало началом краха царствования Шуйского. Войска Речи Посполитой подошли к столице, где вскоре должны были произойти события, имевшие огромное значение для дальнейшей судьбы последнего Рюриковича, правившего Россией.

Свержение Василия Шуйского

Гражданская война вкупе с иностранной интервенцией стали главными причинами свержения Василия Шуйского. 17 июля 1610 г. состоялось собрание с участием Боярской думы, духовенства, воинских людей и жителей Москвы. Это импровизированное вече приняло решение о низложении царя. Бывшего правителя насильно постригли в монахи и заточили в монастыре. Таковы были итоги правления последнего Рюриковича.

В августе 1610 г. боярское правительство, прозванное «Семибоярщиной», заключило договор о приглашении на престол Владислава, королевича польского. Бояре впустили поляков в Москву, а Василия Шуйского передали гетману Жолкевскому, который повез бывшего русского царя в Польшу.

Позже Василий участвовал во въезде Жолкевского в Варшаву в качестве живого трофея. После этого его поместили под стражу. Низверженный царь умер в замке в городе Гостынин. Официальная дата смерти – 12 сентября 1612 года.

Польские власти намеревались использовать смерть Василия Шуйского в собственных целях. Его останки захоронили в специальной усыпальнице, надписи которой повествовали событиях, приведших к пленению русского правителя. Но в результате мирного договора 1634 г., останки Шуйского были переданы в Россию, где их перезахоронили в царской усыпальнице.

Место погребения: Архангельский собор Московского Кремля Род: Шуйские Отец: Иван Андреевич Шуйский Супруга: Буйносова-Ростовская, Мария Петровна Дети: Анна , Анастасия

Васи́лий Иванович Шу́йский ( - 12 сентября ) - русский царь c по 1610 годы (Васи́лий IV Иоа́ннович ). Представитель княжеского рода Шуйских (суздальская ветвь Рюриковичей). После низложения жил в плену у поляков.

До воцарения

Боярин и глава Московской судной палаты с 1584 года . Рында с большим саадаком в походах , , и . Воевода Большого полка в походе к Серпухову летом 1581 года . Воевода Большого полка в походе к Новгороду июля 1582 года при брате Андрее . Воевода полка правой руки в походе к Серпухову в апреле 1583 года . Воевода смоленский в -1587 годах . По неизвестным причинам был в непродолжительной ссылке в 1586 году

Царём Василием мало кто был доволен. Главными причинами недовольства были некорректный путь В. Шуйского к престолу и его зависимость от кружка бояр, его избравших и игравших им как ребёнком, по выражению современника.

Русская История. Полный курс лекций, лекция 42

Кроме того, антишуйские настроения в Москве были подогреты неожиданной смертью молодого полководца Скопина-Шуйского .

Бывший царь умер в заключении в Гостынинском замке, в 130 верстах от Варшавы , через несколько дней там же умер его брат Дмитрий . Третий брат, Иван Иванович Шуйский , впоследствии вернулся в Россию.

Браки и дети

Василий Шуйский был женат дважды. Первый брак его оставался бездетным, после он долго ходил холостяком. От второго, состоявшегося уже после вступления на престол, он имел лишь двух дочерей. Автор «Бельского летописца» писал:

«у царя Василья Ивановичя всея Русии детей было только две дочери, и те во младенчестве преставились; тако зовомы суть Настасья и Анна».

Вторая женитьба, к которой царь Василий Иванович действительно не слишком стремился и на которую согласился только из соображений династической целесообразности, происходила после долгого вдовства, а затем и прямого запрета царя Бориса , опасавшегося увидеть в новом поколении князей Шуйских претендентов на престол, что могло создать угрозу правлению его сына. Уже царь Дмитрий , по сообщению Жака Маржерета , хотел нарушить этот тяжёлый и незаслуженный запрет, наложенный на старшего князя Шуйского, но произошёл переворот и вчерашний жених превратился из боярина в царя. Затем необходимость борьбы с врагами, в том числе личное участие в походе под Тулу, на долгое время отодвинули вопросы о других государственных и династических интересах", пишет биограф Шуйского В. Н. Козляков . Наследником царя считался его брат Дмитрий .

В искусстве

Василий Шуйский является одним из главных действующих лиц трагедии Александра Сергеевича Пушкина «Борис Годунов ».

В снятых по ней экранизациях роль Шуйского исполняли:

• Никандр Ханаев (Борис Годунов , фильм-опера, 1954)
• Анатолий Ромашин (Борис Годунов , 1986, режиссёр Сергей Фёдорович Бондарчук)
• Кеннет Ригел (Борис Годунов , фильм-опера, 1989)
• Леонид Громов (Борис Годунов , 2011)

Напишите отзыв о статье "Василий IV Шуйский"

Примечания

Литература

• Либрович С. Ф. Царь в плену - история пребывания Василия Шуйского в Польше. - 1904.
• Скрынников Р. Г. Василий Шуйский. - М ., 2002.
• Бахревский В. А. Василий Иванович Шуйский, всея Руси самодержец. - М ., 2002.
• Козляков В. Н. Василий Шуйский / Вячеслав Козляков. - М .: Молодая гвардия , 2007. - 304, с. - (Жизнь замечательных людей . Серия биографий. Вып. 1075). - 5 000 экз. - ISBN 978-5-235-03045-9 . (в пер.)

Ссылки

• (до 10-го поколения)

Отрывок, характеризующий Василий IV Шуйский

– Да, да, так и сделайте.
Пьер не имел той практической цепкости, которая бы дала ему возможность непосредственно взяться за дело, и потому он не любил его и только старался притвориться перед управляющим, что он занят делом. Управляющий же старался притвориться перед графом, что он считает эти занятия весьма полезными для хозяина и для себя стеснительными.
В большом городе нашлись знакомые; незнакомые поспешили познакомиться и радушно приветствовали вновь приехавшего богача, самого большого владельца губернии. Искушения по отношению главной слабости Пьера, той, в которой он признался во время приема в ложу, тоже были так сильны, что Пьер не мог воздержаться от них. Опять целые дни, недели, месяцы жизни Пьера проходили так же озабоченно и занято между вечерами, обедами, завтраками, балами, не давая ему времени опомниться, как и в Петербурге. Вместо новой жизни, которую надеялся повести Пьер, он жил всё тою же прежней жизнью, только в другой обстановке.
Из трех назначений масонства Пьер сознавал, что он не исполнял того, которое предписывало каждому масону быть образцом нравственной жизни, и из семи добродетелей совершенно не имел в себе двух: добронравия и любви к смерти. Он утешал себя тем, что за то он исполнял другое назначение, – исправление рода человеческого и имел другие добродетели, любовь к ближнему и в особенности щедрость.
Весной 1807 года Пьер решился ехать назад в Петербург. По дороге назад, он намеревался объехать все свои именья и лично удостовериться в том, что сделано из того, что им предписано и в каком положении находится теперь тот народ, который вверен ему Богом, и который он стремился облагодетельствовать.
Главноуправляющий, считавший все затеи молодого графа почти безумством, невыгодой для себя, для него, для крестьян – сделал уступки. Продолжая дело освобождения представлять невозможным, он распорядился постройкой во всех имениях больших зданий школ, больниц и приютов; для приезда барина везде приготовил встречи, не пышно торжественные, которые, он знал, не понравятся Пьеру, но именно такие религиозно благодарственные, с образами и хлебом солью, именно такие, которые, как он понимал барина, должны были подействовать на графа и обмануть его.
Южная весна, покойное, быстрое путешествие в венской коляске и уединение дороги радостно действовали на Пьера. Именья, в которых он не бывал еще, были – одно живописнее другого; народ везде представлялся благоденствующим и трогательно благодарным за сделанные ему благодеяния. Везде были встречи, которые, хотя и приводили в смущение Пьера, но в глубине души его вызывали радостное чувство. В одном месте мужики подносили ему хлеб соль и образ Петра и Павла, и просили позволения в честь его ангела Петра и Павла, в знак любви и благодарности за сделанные им благодеяния, воздвигнуть на свой счет новый придел в церкви. В другом месте его встретили женщины с грудными детьми, благодаря его за избавление от тяжелых работ. В третьем именьи его встречал священник с крестом, окруженный детьми, которых он по милостям графа обучал грамоте и религии. Во всех имениях Пьер видел своими глазами по одному плану воздвигавшиеся и воздвигнутые уже каменные здания больниц, школ, богаделен, которые должны были быть, в скором времени, открыты. Везде Пьер видел отчеты управляющих о барщинских работах, уменьшенных против прежнего, и слышал за то трогательные благодарения депутаций крестьян в синих кафтанах.
Пьер только не знал того, что там, где ему подносили хлеб соль и строили придел Петра и Павла, было торговое село и ярмарка в Петров день, что придел уже строился давно богачами мужиками села, теми, которые явились к нему, а что девять десятых мужиков этого села были в величайшем разорении. Он не знал, что вследствие того, что перестали по его приказу посылать ребятниц женщин с грудными детьми на барщину, эти самые ребятницы тем труднейшую работу несли на своей половине. Он не знал, что священник, встретивший его с крестом, отягощал мужиков своими поборами, и что собранные к нему ученики со слезами были отдаваемы ему, и за большие деньги были откупаемы родителями. Он не знал, что каменные, по плану, здания воздвигались своими рабочими и увеличили барщину крестьян, уменьшенную только на бумаге. Он не знал, что там, где управляющий указывал ему по книге на уменьшение по его воле оброка на одну треть, была наполовину прибавлена барщинная повинность. И потому Пьер был восхищен своим путешествием по именьям, и вполне возвратился к тому филантропическому настроению, в котором он выехал из Петербурга, и писал восторженные письма своему наставнику брату, как он называл великого мастера.
«Как легко, как мало усилия нужно, чтобы сделать так много добра, думал Пьер, и как мало мы об этом заботимся!»
Он счастлив был выказываемой ему благодарностью, но стыдился, принимая ее. Эта благодарность напоминала ему, на сколько он еще больше бы был в состоянии сделать для этих простых, добрых людей.
Главноуправляющий, весьма глупый и хитрый человек, совершенно понимая умного и наивного графа, и играя им, как игрушкой, увидав действие, произведенное на Пьера приготовленными приемами, решительнее обратился к нему с доводами о невозможности и, главное, ненужности освобождения крестьян, которые и без того были совершенно счастливы.
Пьер втайне своей души соглашался с управляющим в том, что трудно было представить себе людей, более счастливых, и что Бог знает, что ожидало их на воле; но Пьер, хотя и неохотно, настаивал на том, что он считал справедливым. Управляющий обещал употребить все силы для исполнения воли графа, ясно понимая, что граф никогда не будет в состоянии поверить его не только в том, употреблены ли все меры для продажи лесов и имений, для выкупа из Совета, но и никогда вероятно не спросит и не узнает о том, как построенные здания стоят пустыми и крестьяне продолжают давать работой и деньгами всё то, что они дают у других, т. е. всё, что они могут давать.

В самом счастливом состоянии духа возвращаясь из своего южного путешествия, Пьер исполнил свое давнишнее намерение заехать к своему другу Болконскому, которого он не видал два года.
Богучарово лежало в некрасивой, плоской местности, покрытой полями и срубленными и несрубленными еловыми и березовыми лесами. Барский двор находился на конце прямой, по большой дороге расположенной деревни, за вновь вырытым, полно налитым прудом, с необросшими еще травой берегами, в середине молодого леса, между которым стояло несколько больших сосен.
Барский двор состоял из гумна, надворных построек, конюшень, бани, флигеля и большого каменного дома с полукруглым фронтоном, который еще строился. Вокруг дома был рассажен молодой сад. Ограды и ворота были прочные и новые; под навесом стояли две пожарные трубы и бочка, выкрашенная зеленой краской; дороги были прямые, мосты были крепкие с перилами. На всем лежал отпечаток аккуратности и хозяйственности. Встретившиеся дворовые, на вопрос, где живет князь, указали на небольшой, новый флигелек, стоящий у самого края пруда. Старый дядька князя Андрея, Антон, высадил Пьера из коляски, сказал, что князь дома, и проводил его в чистую, маленькую прихожую.
Пьера поразила скромность маленького, хотя и чистенького домика после тех блестящих условий, в которых последний раз он видел своего друга в Петербурге. Он поспешно вошел в пахнущую еще сосной, не отштукатуренную, маленькую залу и хотел итти дальше, но Антон на цыпочках пробежал вперед и постучался в дверь.
– Ну, что там? – послышался резкий, неприятный голос.
– Гость, – отвечал Антон.
– Проси подождать, – и послышался отодвинутый стул. Пьер быстрыми шагами подошел к двери и столкнулся лицом к лицу с выходившим к нему, нахмуренным и постаревшим, князем Андреем. Пьер обнял его и, подняв очки, целовал его в щеки и близко смотрел на него.
– Вот не ждал, очень рад, – сказал князь Андрей. Пьер ничего не говорил; он удивленно, не спуская глаз, смотрел на своего друга. Его поразила происшедшая перемена в князе Андрее. Слова были ласковы, улыбка была на губах и лице князя Андрея, но взгляд был потухший, мертвый, которому, несмотря на видимое желание, князь Андрей не мог придать радостного и веселого блеска. Не то, что похудел, побледнел, возмужал его друг; но взгляд этот и морщинка на лбу, выражавшие долгое сосредоточение на чем то одном, поражали и отчуждали Пьера, пока он не привык к ним.
При свидании после долгой разлуки, как это всегда бывает, разговор долго не мог остановиться; они спрашивали и отвечали коротко о таких вещах, о которых они сами знали, что надо было говорить долго. Наконец разговор стал понемногу останавливаться на прежде отрывочно сказанном, на вопросах о прошедшей жизни, о планах на будущее, о путешествии Пьера, о его занятиях, о войне и т. д. Та сосредоточенность и убитость, которую заметил Пьер во взгляде князя Андрея, теперь выражалась еще сильнее в улыбке, с которою он слушал Пьера, в особенности тогда, когда Пьер говорил с одушевлением радости о прошедшем или будущем. Как будто князь Андрей и желал бы, но не мог принимать участия в том, что он говорил. Пьер начинал чувствовать, что перед князем Андреем восторженность, мечты, надежды на счастие и на добро не приличны. Ему совестно было высказывать все свои новые, масонские мысли, в особенности подновленные и возбужденные в нем его последним путешествием. Он сдерживал себя, боялся быть наивным; вместе с тем ему неудержимо хотелось поскорей показать своему другу, что он был теперь совсем другой, лучший Пьер, чем тот, который был в Петербурге.
– Я не могу вам сказать, как много я пережил за это время. Я сам бы не узнал себя.
– Да, много, много мы изменились с тех пор, – сказал князь Андрей.
– Ну а вы? – спрашивал Пьер, – какие ваши планы?
– Планы? – иронически повторил князь Андрей. – Мои планы? – повторил он, как бы удивляясь значению такого слова. – Да вот видишь, строюсь, хочу к будущему году переехать совсем…
Пьер молча, пристально вглядывался в состаревшееся лицо (князя) Андрея.
– Нет, я спрашиваю, – сказал Пьер, – но князь Андрей перебил его:
– Да что про меня говорить…. расскажи же, расскажи про свое путешествие, про всё, что ты там наделал в своих именьях?
Пьер стал рассказывать о том, что он сделал в своих имениях, стараясь как можно более скрыть свое участие в улучшениях, сделанных им. Князь Андрей несколько раз подсказывал Пьеру вперед то, что он рассказывал, как будто всё то, что сделал Пьер, была давно известная история, и слушал не только не с интересом, но даже как будто стыдясь за то, что рассказывал Пьер.
Пьеру стало неловко и даже тяжело в обществе своего друга. Он замолчал.
– А вот что, душа моя, – сказал князь Андрей, которому очевидно было тоже тяжело и стеснительно с гостем, – я здесь на биваках, и приехал только посмотреть. Я нынче еду опять к сестре. Я тебя познакомлю с ними. Да ты, кажется, знаком, – сказал он, очевидно занимая гостя, с которым он не чувствовал теперь ничего общего. – Мы поедем после обеда. А теперь хочешь посмотреть мою усадьбу? – Они вышли и проходили до обеда, разговаривая о политических новостях и общих знакомых, как люди мало близкие друг к другу. С некоторым оживлением и интересом князь Андрей говорил только об устраиваемой им новой усадьбе и постройке, но и тут в середине разговора, на подмостках, когда князь Андрей описывал Пьеру будущее расположение дома, он вдруг остановился. – Впрочем тут нет ничего интересного, пойдем обедать и поедем. – За обедом зашел разговор о женитьбе Пьера.
– Я очень удивился, когда услышал об этом, – сказал князь Андрей.
Пьер покраснел так же, как он краснел всегда при этом, и торопливо сказал:
– Я вам расскажу когда нибудь, как это всё случилось. Но вы знаете, что всё это кончено и навсегда.
– Навсегда? – сказал князь Андрей. – Навсегда ничего не бывает.
– Но вы знаете, как это всё кончилось? Слышали про дуэль?
– Да, ты прошел и через это.
– Одно, за что я благодарю Бога, это за то, что я не убил этого человека, – сказал Пьер.
– Отчего же? – сказал князь Андрей. – Убить злую собаку даже очень хорошо.
– Нет, убить человека не хорошо, несправедливо…
– Отчего же несправедливо? – повторил князь Андрей; то, что справедливо и несправедливо – не дано судить людям. Люди вечно заблуждались и будут заблуждаться, и ни в чем больше, как в том, что они считают справедливым и несправедливым.

Боярин, князь. Русский царь. Находился на престоле с 19 (29) мая 1606 года по 17 (27) июля 1610 года. Единственный из русских царей умер в плену на чужбине.

Родословная

Принадлежал к древнему княжескому роду, который представлял собой суздальскую ветвь , восходящую, по мнению большинства историков, к Андрею Ярославичу, великому князю Владимирскому и младшему брату . Сам Василий Шуйский считал своими прямыми предками именно Александра Невского и его третьего сына князя Андрея Александровича Городецкого, также занимавшего владимирский великокняжеский стол.

Отец - боярин князь Иван Андреевич Шуйский, видный государственный деятель и воевода в царствование . Мать - Анна Фёдоровна (точное происхождение неизвестно). Братья - Андрей, Дмитрий, Иван Пуговка - были боярами, занимали ответственные административные и военные должности. Был дважды женат, выбор невест Елены Михайловны, княжны Репниной-Оболенской и Марии Петровны, княжны Буйносовой-Ростовской, скорее всего, определялся династическими соображениями. Потомства не оставил, две дочери от второго брака умерли во младенчестве.

Придворная служба

Служба молодого князя при дворе , начавшаяся в 1570-е годы, шла успешно, несмотря на настороженное отношение грозного и мнительного царя к знати. В 1582/83 году князя Василия даже арестовывали по причине, оставшейся неизвестной, но вскоре освободили на поруки братьям. Тем не менее, в 1584 году он уже имел чин боярина и вёл важные судебные дела. Карьере Василия Шуйского способствовал брак его младшего брата Дмитрия с Екатериной, дочерью думного дворянина Григория Лукьяновича Малюты Скуратова из рода Бельских. Другая дочь этого самого влиятельного опричника была замужем за . Родственные связи отнюдь не ослабили постоянную борьбу между двумя влиятельными боярами и будущими царями. Их противостояние, пожалуй, осталось самой примечательной чертой Василия Шуйского в русском историческом сознании и закреплено А.С. Пушкиным в зачине трагедии «Борис Годунов», начинающейся с нелицеприятных слов князя о бесстыдно и преступно рвущемся к царской власти Борисе. Борьба за влияние на молодого и неспособного к управлению царя Фёдора Иоанновича (1584-1598) была Шуйскими проиграна Годунову вчистую и князь Василий, будучи тогда воеводой в Смоленске, угодил, как и его сородичи, в ссылку. В 1587 году его обвинили в измене, в тайных поездках под видом охоты за рубеж. Постепенно гнев Годунова утих, и в апреле 1591 года князя Василия вернули в Москву. Почти сразу же произошли судьбоносные для страны и для него самого события. 15 мая 1591 года в Угличе погиб , главой комиссии для расследования дела был назначен Шуйский. Видимо, Годунов полагал, что выводы, представленные вельможей, еще недавно пребывавшим в опале, и к тому же опытным судейским чиновником, будут приняты как справедливые и непредвзятые. Уже 30 мая комиссия закончила работу в Угличе, а 2 июня доложила в Боярской думе свои выводы о несчастном случае с больным царственном ребёнком и злокозненных родственниках царевича Нагих, поднявших бунт против царских слуг. Официальные результаты «угличского дела» позволили Шуйскому вернуться в судебную и административную элиту, например, на должности главы Рязанского Судного приказа или воеводы в Великом Новгороде, но вряд ли вернули полное доверие Годунова. Тот даже запретил бездетному князю жениться второй раз, чтобы не плодить конкурентов на престол.

Смута

Недоверие к Шуйскому не исчезло даже после победы, одержанной над самозванцем Лжедмирием I при Добрыничах 21 января 1605 года царским войском, где князь Василий был вторым воеводой после князя Ф.И. Мстиславского. В своих подозрениях Годунов оказался прав, хотя сам уже не узнал об этом из-за смерти, которая произошла 13 апреля 1605 года. Отозванный в Москву на помощь наследнику Фёдору Борисовичу, Шуйский не просто в июне 1605 года перешел на сторону самозванца, но «признал» в нём подлинного царевича. Он заявил, что выводы следствия 1591 года явились подлогом в угоду Годунову, а на самом деле остался жив и теперь по праву вернул отцовский престол. Однако как очень информированный и авторитетный свидетель он был опасен и был приговорен к смертной казни, которую отменили в последний момент и заменили тюремным заключением. Через несколько месяцев князь Василий был возвращен ко двору и даже приближен к самозванцу, которому он отомстил еще более жестоко, чем Годуновым, распространяя сведения о гибели настоящего царевича среди москвичей и собиравшегося для войны с Крымом дворянского ополчения, подстрекая их к бунту и вместе с другими представителями знати готовя заговор. Мятеж и дворцовый заговор завершились убийством самозванца 17 мая 1606 года.

Правление

19 мая 1606 года Василий Иванович Шуйский был провозглашен царём перед восставшим народом на Лобном месте на Красной площади. 1 июня он был венчан на царство в Успенском соборе Московского Кремля. В новом качестве Шуйский постарался по возможности замолить свои грехи, интриги, клятвопреступления, прежде всего, перед церковью. Нередко это делалось всенародно. Чтобы закрыть окончательно вопрос об угличской трагедии, Шуйский третий раз кардинально меняет версию тех событий. Царевич действительно погиб, по его утверждению, в 1591 году, но не в результате случайности, а был зарезан. Окончательно уверить всех в насильственной и мученической смерти Дмитрия Ивановича должны были его канонизация и обретение святых мощей, которые были торжественно перенесены крестным ходом из Углича в Москву в Архангельский собор в великокняжескую и царскую усыпальницу. Церемонии и обряды в рамках этих торжеств провели Филарет, митрополит Ростовский и Ярославский, бывший до пострижения боярином Фёдором Никитичем Романовым, и , митрополит Казанский, впоследствии прославленный как священномученик. Именно Ермоген при поддержке нового царя стал 3 июля 1606 года первосвятителем русской церкви вместо низведенного с патриаршего престола Игнатия, ставленника . Кроме того, Шуйский вернул в Москву низложенного при самозванце бывшего первого русского патриарха , чтобы испросить прощение за нарушение крестоцеловальной клятвы царю Феодору Борисовичу Годунову. В знак примирения с и его несчастной семьей Шуйский, хотя и возложил на своего прежнего соперника ответственность за убийство царевича Дмитрия, приказал перезахоронить с почестями прах бывшего царя, его сына и жены в Троице-Сергиевом монастыре.

Стремясь ослабить обвинения в нелигитимном приходе к власти без избрания , Шуйский дал «крестоцеловальную запись». В ней он обещал никого не казнить без судебного решения, принятого царём с боярами; не конфисковать имущество у родственников осуждённых, если те не были соучастниками преступлений; не принимать ложных доносов и наказывать подобных доносчиков; без вины никого не подвергать царской опале. Это дало основание ряду историков говорить об одной из первых попыток законодательного ограничения царской власти. Также он пытался упорядочить в интересах казны, землевладельцев и служилых людей их правовые отношения с зависимыми людьми и холопами. Среди принятых законов было Уложение 9 марта 1607 года, признавшее крестьян крепостными тех владельцев, за кем они были записаны в писцовых книгах начала 1590-х годов, и устанавливавшее срок сыска беглых крестьян в 15 лет.

Попытки Шуйского переломить в свою пользу политическую и нравственно-психологическую обстановку в обществе не увенчались успехом. В 1605-1606 годах последовали один за другим два кровавых переворота, которые сопровождались убийствами носителей верховной власти и тем самым поощряли насильственные методы достижения целей, развязывали руки сторонникам самых радикальных действий, освобождали от прежних клятв и присяг, расшатывали государственный аппарат и вооруженные силы государства. Россия все больше втягивалась в Смуту - гражданскую войну. Противники Шуйского вновь и вновь использовали слух об очередном чудесном спасении , под лозунгами возвращения которого к власти собирались все недовольные или просто стремящиеся к быстрой наживе. В 1606 году крупнейшим антиправительственным выступлением стало восстание под предводительством Ивана Болотникова, в ходе которого мятежники осадили Москву. Царю Василию пришлось лично вести в бой верные войска. Ему удалось после удачного сражения 2 декабря 1606 года отбросить восставших от столицы и заставить их уйти сначала в Калугу, а затем в Тулу. 21 мая 1607 года царь вновь лично выступил в поход, который закончился 10 октября сдачей Тулы - главного опорного пункта мятежа. Шуйский дал обещание сохранить жизнь руководителям восстания - Болотникову и Илейке Муромцу, но, как это случалось и раньше, не счел нужным его сдерживать. Расправа над вожаками одного восстания не привела к замирению страны, во главе нового мятежа встал очередной самозванец . К беглым холопам и крестьянам, к бунтовавшим казакам и служилым людям юга России присоединились военные отряды из Речи Посполитой. В битве под Болховом 30 апреля и 1 мая 1608 года армия под командой царского брата князя Дмитрия Шуйского была разбита, войска подошли к Москве и встали лагерем в селе Тушино, где создали параллельные органы власти. Из-под власти Шуйского к «тушинскому вору» ушли многочисленные города, обширные территории, перебежало немалое число бояр и служилых людей. Москва оказалась вновь в осаде. Царь направил в Новгород своего племянника боярина князя просить помощи у шведского короля Карла IX в обмен на уступку Швеции города Корелы с уездом. В 1609 году насилия и грабежи польско-литовских и казацких отрядов, служивших самозванцу, вызвали выступление против него жителей Замосковных городов и Русского Севера. Одновременно начался поход к Москве армии князя Скопина-Шуйского, которая в ряде сражений разбила войска самозванца и 12 марта 1610 года вошла в Москву, сняв осаду со столицы. Значительная часть городов и уездов страны признала власть царя Василия. Однако князь Скопин-Шуйский неожиданно скончался после пира 23 апреля 1610 года. Пошли слухи о том, что его отравила свояченица царя Екатерина Григорьевна по наущению зятя и супруга, опасавшихся притязаний прославленного полководца на трон, наследником которого официально считался её муж Дмитрий Шуйский как брат бездетного Василия. Это событие нанесло сильный удар по престижу царя и боеспособности армии в тот момент, когда началась польско-литовская интервенция.

Еще в сентябре 1609 года король Речи Посполитой Сигизмунд III перешел русскую границу и осадил Смоленск, призвав к себе польско-литовскую шляхту, до того времени служившую Лжедмитрию II. В битве при Клушине 24 июня 1610 года русская армия под командованием князя Дмитрия Шуйского была разбита. Польско-литовские войска подошли к Москве, но пока не спешили занять город, где произошел очередной государственный переворот. В столице 17 июля 1610 года было собрано своеобразное собрание под открытым небом, напоминавшее то ли древнее вече, то ли импровизированный собор. Оно прошло с участием духовенства, Боярской думы, командиров дворянских отрядов и воинских людей, находившихся в городе, жителей московского посада. На нём было принято решение о низложении царя, которого свели из царской резиденции на его старый боярский двор и взяли под стражу. 19 июля Василия Шуйского насильно постригли в монахи и заточили в московский Чудов монастырь. Также была пострижена и отправлена в Суздаль в Покровский монастырь его жена. Противники Шуйского, объединившиеся против него, не могли поделить власть между собой и решили отдать её иноземцам. Новое правительство, сформированное из представителей боярства и прозванное «Семибоярщиной», в августе 1610 года заключило договор об избрании на русский трон польского королевича Владислава (будущий король Владислав IV Ваза). В сентябре 1610 года бояре передали Василия Шуйского вместе с братьями Дмитрием и Иваном командующему польско-литовской армией гетману Станиславу Жолкевскому для вывоза их из Москвы и помещения в один из монастырей. Тот в нарушение предварительной договоренности с Думой увез пленников с собой к королю Сигизмунду III под Смоленск. За свои политические и военные ошибки Василию Шуйскому пришлось платить позором, который унижал всю Россию и тешил самолюбие её западных соседей. Его вместе с братьями и воеводой Михаилом Борисовичем Шеиным, руководителем героической обороны Смоленска в 1609-1611 годах, прекратившейся только, когда защитники перестали получить какую-либо помощь от остальной страны, заставили участвовать в качестве живых трофеев в церемонии триумфального въезда Жолкевского 29 октября 1611 года в Варшаву. Затем в королевском дворце в присутствии всей польской знати во время заседания сейма и в присутствии иностранных послов он был вынужден поклониться Сигизмунду III и целовать ему руку. Затем Шуйских поместили под стражу в замке в г. Гостынин в Мазовии, где Василий и скончался 12 (22) сентября 1612 года, вслед за ним через пять дней 17 (27) сентября умер князь Дмитрий. На родину в 1620 году смог вернуться только их брат Иван. Сама смерть Василия Шуйского была также использована польскими властями в пропагандистских целях. Останки его и брата Дмитрия были погребены в Варшаве в специально выстроенной усыпальнице, получившей название «московская каплица» («русская часовня»), с надписями, сообщавшими о польских победах, приведших к пленению московского царя. Правительство царя восприняло такие похороны как унижение для России. После заключения мирного договора между Россией и Речью Посполитой (1634) останки Василия Шуйского были переданы русской стороне и торжественно перезахоронены в 1635 году в великокняжеской и царской усыпальнице - Архангельском соборе Московского Кремля.

Период правления Василия IV Шуйского (1606-1610 г.г.) оценивается историками как часть .

Начало правления Василия Шуйского

С 1604 по 1605 года Василий Иванович Шуйский находился в оппозиции к Лжедмитрию I. Однако после смерти в июне 1605 года он перешёл на сторону самозванца. При этом Шуйский дважды возглавлял заговоры против Лжедмитрия. После разоблачения первого заговора Василий Иванович был приговорён к смертной казни, но затем помилован - нуждаясь в поддержке, Лжедмитрий вернул Шуйского в Москву. В результате второго заговора в 1606 году, закончившегося московским народным восстанием, Лждедмитрий I был убит.
После его гибели партия московских бояр «выкрикнула» Шуйского царём (19 мая 1606 года). В обмен на это Василий IV взял обязательство перед Боярской думой существенно ограничить свои полномочия.

Внутренняя и внешняя политика Василия Шуйского

Почти сразу после воцарения Шуйского поползли слухи о том, что царевич Дмитрий жив. Один из его сторонников - Иван Исаевич Болотников - поднял осенью 1606 года народное восстание, охватившее более семидесяти городов юга и юго-запада России.

В 1607 году восстание Болотникова было разгромлено. В этом же году Василий Шуйский для того, чтобы заручиться дальнейшей поддержкой бояр и консолидировать силы господствующего класса, издал «Уложение о крестьянах», которое историки охарактеризовали как «твёрдое начало крепостного права».
Однако ещё в августе 1607 года началась новая польская интервенция. В июне 1608 года Лжедмитрий II обосновался в селе Тушино под Москвой. Это послужило началом новой осады Москвы. Постепенно власть Лжедмитрия усиливалась, и в стране фактически установилось двоевластие.
С целью противостояния «тушинскому вору» царь Василий заключил в феврале 1608 года договор со Швецией, согласно которому шведские войска взяли обязательство выступить на стороне русского царя в обмен на владение Карельской волостью. Такой поступок вызвал естественное недовольство со стороны различных слоёв населения. Кроме того, он нарушал заключённые ранее договорённости с поляками и давал польскому королю Сигизмунду III повод для открытого вторжения.
С конца 1608 года началось народно-освободительное движение против польской интервенции. В этот период положение Шуйского стало довольно шатким. Но благодаря своему племяннику Скопину-Шуйскому, который командовал русско-шведскими войсками, царь смог дать отпор полякам. В марте 1610 года, тушинцы были повержены, Москва освобождена, а Лжедмитрий II бежал.

Свержение царя

После разгрома Лжедмитрия II смута не прекратилась. Сложное положение Шуйского в Москве усугублялось обострившейся борьбой за власть. Василий Галицин и Прокопий Ляпунов предпринимали попытки поднять народ против действующего царя. В это же время при невыясненных обстоятельствах скоропостижно скончался Скопин-Шуйский.
24 июня 1610 года войска Шуйского были разгромлены польской армией под командованием гетмана Станислава Жолкевского. Появилась опасность, что русский трон займёт польский королевич Владислав. Шуйский не смог ничего противопоставить польскому натиску, за что и был низложен московскими боярами в июле 1610 года. Василия Шуйского насильно постригли вместе с женой в монахи, а после вступления гетмана Станислава Жолкевского в Москву – перевезли в Варшаву, где он скончался, находясь в заключении.

Василий Иванович Шуйский (1552-1612) - русский царь, принадлежащий к (по суздальской линии). Был венчан на царствование в результате заговора против Лжедмитрия 1-го. Василия Шуйского также называют «боярский князь».

Семья

Из биографии Василия Шуйского известно, что он был женат дважды. От первого брака у него детей не было. От второго брака родились две дочери (обе скончались в младенчестве). Так как наследника у царя не было, следующим претендентом на престол должен был стать его брат - Дмитрий Шуйский.

До воцарения

С 1584 г. Василий Шуйский был боярином и главой Московской судебной палаты, принимал участие в качестве воеводы в походах к г. Серпухову (1581, 1583, 1598). В 1586 г. Василий Шуйский был отправлен на недолгое время в ссылку по неизвестным обстоятельствам.

В 1591 г. Шуйский, опасаясь Годунова, признал причиной гибели самоубийство. В это же время он был возвращен в .

В 1905 г. Василий Шуйский принимал участие в походе против , но не особо активно, поскольку не желал победы Годунова. Из-за попытки осуществить переворот Василий Шуйский был выслан вместе с семьей, однако уже в конце 1605 г. был возвращен Лжедмитрием обратно.

Во время (17 мая 1606 г.) Лжедмитрий 1-й погиб, сторонники Василия Шуйского нарекли его царем. Так было положено начало . 1 июня Шуйский получает благословение митрополита на правление.

Василий Шуйский дал крестоцеловальную запись, которая ограничивала его власть. Летом этого же года правление Шуйского признало Годунова убийцей царевича Дмитрия.

Правление

Основные события внутренней и внешней политики правления Василия Шуйского:

• появился новый воинский устав;
• подавлено в октябре 1607 г., что стало вторым этапом Смутного времени;
• заключен договор со Швецией, на основании которого Речь Посполитая дала ход военным действиям. Лжедмитрий 1-й бежал.

Союз со Швецией обернулся для России началом