Несломленный. Забытый подвиг генерала Карбышева (5 фото)

Боевой офицер и инженер, проектировщик укреплений Брестской крепости, в фашистском плену перевыполнял норму по изготовлению гранитных плит для мертвых эсэсовцев.

«Могильщик фашизма»

Обтесывать гранит – дело непростое, особенно когда тебе уже изрядно за шестьдесят и силы твои на исходе. Будто забыв о возрасте и усталости, этот человек трудился, подбадривая соседей и напоминая им при всяком случае, для чего предназначен этот проклятый камень. Гранитная пыль оседала в легких, раздирала их, точно наждак. Но он не унимался, демонстрируя отчаянное рвение. Он делал каменные надгробья.

В 1944 году боевые потери Германии росли с каждым днем. Гранитные надгробья полагались уже только старшим офицерам Вермахта и офицерам СС, но и их нужно было все больше. А значит, пусть даже таким жутким способом, он и его товарищи по концлагерю Флоссенбюрг вносили свою лепту в «похороны» германской нацистской гадины. Звали этого человека Дмитрий Михайлович Карбышев , генерал-лейтенант Рабоче-крестьянской Красной Армии.

Строитель Бреста

Как бы ни были суровы реалии войны, генералы в плен попадают не часто, а уж тем паче генералы такого уровня. Дмитрий Михайлович стал легендой еще до Великой Отечественной Войны. Пожалуй, во всем мире офицера инженерных войск, занимающегося полевыми и долговременными укреплениями, который бы не был знаком с трудами генерала Карбышева. В нацистской Германии его работы знали и весьма уважали. Недаром же задолго до начала войны на генерала Карбышева в Берлине было заведено специальное дело, где значилось, что в случае его попадания в плен к генералу следует относиться с высочайшим почтением и стараться всеми силами склонить его сотрудничеству.

Когда в 1941 году тяжело контуженый генерал-лейтенант Карбышев действительно был взят в плен в бою у Днепра, немецкое командование ликовало, искренне надеясь заполучить великого фортификатора себе на службу. Для подобных надежд имелись основания. Им представлялось, что Карбышев является лишь вынужденным «попутчиком» советской власти. С чего бы вдруг подполковнику российской императорской армии всерьез добиваться победы мирового пролетариата?

И впрямь Дмитрий Михайлович Карбышев происходил из сибирских казаков, потомственный дворянин, военными были его отец, дед. И сам он не видел для себя иного пути, нежели ратная служба за Бога, царя и отечество. Правда, еще с младых ногтей со времен учебы в кадетском корпусе Карбышев уже числился неблагонадежным. Виной тому были не собственные заслуги юного кадета -- его старший брат Владимир, студент Казанского университета, вместе с другим Владимиром – Ульяновым, участвовал в знаменитых университетских волнениях. Но если будущий вождь революции за это был лишь отчислен и даже сдал впоследствии экзамены экстерном, то старший брат Дмитрия попал в тюрьму, где через некоторое время заболел и умер.

Дмитрий с отличием окончил Сибирский кадетский корпус и поступил в Николаевское инженерное училище. Затем была русско-японская война, в которой поручик Карбышев был удостоен ряда боевых наград, в частности ордена Святого Владимира с мечами и бантом. Однако уже в 1906 году храброго поручика вышвырнули из армии по обвинению в агитации среди солдат. По тем временам подобные дела решались в военно-полевом суде быстро и однозначно – расстрел. Однако офицерский суд чести постановил иначе, и Карбышева просто отправили в отставку.

Правда длилась она недолго – уже в следующем году он вновь был восстановлен в звании и направлен командиром роты во Владивостокский крепостной саперный батальон. А еще через два года прекрасно зарекомендовавший себя боевой офицер поступил в Николаевскую военную академию в Санкт-Петербурге. По окончанию ее штабс-капитан Карбышев был направлен в город Брест-Литовский для реконструкции и дальнейшего укрепления знаменитой Брестской крепости. Во многом благодаря его трудам она и приобрела ту мощь, которая позволила даже не успевшему изготовиться гарнизону удерживать крепость против многократно превосходящих сил врага. Так что можно без каких-либо преувеличений считать генерала Карбышева защитником Брестской крепости.

Революцию Карбышев принял сразу и безоговорочно. Его служба в Красной Армии в немалой степени соответствовала уже сложившимся за годы армейской карьеры образу мысли и взглядов. Среди его заслуг можно упомянуть овладение укреплениями Перекопского вала и создание оборонительных укрепрайонов в боях как против Колчака, так и против Врангеля. После окончания Гражданской войны Карбышев возглавляет военный комитет главного инженерного управления РККА, затем преподает в военной академии имени Фрунзе. Он составляет планы прорыва финской обороны – знаменитой своей неприступностью линии Маннергейма. Ему принадлежит идея и план укрепленных районов вдоль западных рубежей СССР, которые при правильном их использовании могли бы если не остановить, то надолго задержать фашистов в начале Великой Отечественной войны. Однако политические резоны возобладали над военными, желание воевать на чужой территории «малой кровью, железным ударом» привело к значительному ослаблению недостроенных и недооснащенных укрепрайонов, что позволило немцам без особого труда порвать их.

Как раз в это самое время, в первые дни войны, генерал-лейтенант Дмитрий Михайлович Карбышев инспектировал свое детище. Заслуженному 60-летнему генералу предлагали охрану и самолет для вылета в Москву, однако тот не пожелал бежать с поля боя -- негоже русскому офицеру уклоняться от огня! Он отступал с боями до самого Днепра, где и случилось роковое несчастье.

Старые друзья

Но, как и велела запись в личной карточке знаменитого фортификатора, отношение к пленнику было весьма почтительным, ему оказали медицинскую помощь и разместили в комфортных условиях, точно он находился не в плену, а в гостях. Именно его, а не генерала Власова , видели фашисты вероятным объединителем антисоветских вооруженных сил. Для работы с ценным пленником был командирован полковник вермахта по фамилии Пелит , также бывший царский офицер, к тому же сослуживец Дмитрия Михайловича по Брестской крепости. Не добившись согласия на переход Карбышева на сторону фашистов, Пелит зашел с другой стороны: Карбышев занимается научными трудами, «исследованием операций Красной Армии в данной войне», а за это ему впоследствии разрешают выезд в любую другую нейтральную страну по его выбору. Пленный генерал вновь ответил категорическим отказом.

Чтобы сломить упорство Дмитрия Михайловича, его бросили в берлинскую тюрьму, отличавшуюся весьма жестким режимом. А затем передали еще одному старому знакомцу генерала – профессору Гейнцу Раубенгеймеру . Тот озвучил последнее предложение немецкого командования: освобождение из лагеря, создание научно-исследовательской лаборатории с произвольным количеством помощников для проведения фортификационных опытно-констукторских работ. Но и этот «приятель» Карбышева вернулся ни с чем. Карбышев заявил: «Мои убеждения не выпадают вместе с зубами от недостатка витаминов в лагерном рационе. Я солдат и остаюсь верен своему долгу, а он запрещает мне работать на ту страну, которая находится в состоянии войны с моей Родиной».

Несломленный пленник

Германское командование поставило себе задачей подавить, морально уничтожить несговорчивого фортификатора. Вот тогда-то и пришлось строителю крепостей самому превратиться в крепость. Но генерала было не сломить, в какой-то момент немцы сообразили, что «ударник труда», стабильно перевыполняя план, попросту глумится над их смертями, да еще демонстрирует яркий пример стойкости и бодрости духа. С этого момента начались странствия Карбышева по концлагерям, которые закончились 18 февраля 1945 года в лагере смерти Маутхаузен. Зная о приближении советских войск, фашисты вывели военнопленных на мороз и, заставив раздеться, начали поливать из шлангов холодной водой. Пытавшемуся уклониться от струи генералу Карбышеву проломили голову дубинкой. О гибели его стало известно много позже – от чудом спасшегося собрата по несчастью канадского майора Де Сент-Клера . Затем его показания, данные в госпитале советскому военному представителю, были подтверждены еще несколькими свидетельствами очевидцев.

Генералы в плен попадают не часто, за всю войну Красная армия потеряла таким образом чуть больше восьмидесяти человек. Некоторые из них погибли на месте, некоторые были замучены в лагерях, некоторые навсегда опозорили свое имя, согласившись сотрудничать с фашистами. 26 генералов после войны вернулись на родину, часть из них была восстановлена в звании и вскоре тихо уволена из рядов вооруженных сил. Но лишь один был удостоен высшей награды звания Героя Советского Союза не за подвиги на поле боя, а именно за действия в плену – генерал-лейтенант, человек несломленной воли, Дмитрий Михайлович Карбышев.

Карбышев, Дмитрий Михайлович 26 октября 1880(18801026) 18 февраля 1945 Место рождения Омск Место … Википедия

Карбышев Дмитрий Михайлович - (1880—1945), военный инженер, генерал лейтенант инженерных войск (1940), профессор (1938), доктор военных наук (1941), Герой Советского Союза (1946, посмертно). Член Коммунистической партии с 1940. Окончил Николаевскую инженерную академию… … Энциклопедический справочник «Санкт-Петербург»

- (1880 1945) военный инженер, генерал лейтенант инженерных войск (1940), профессор, доктор военных наук, Герой Советского Союза (1946, посмертно). Участник 1 й мировой и Гражданской войн. С 1926 на преподавательской работе, профессор ряда военных… … Большой Энциклопедический словарь

Советский военачальник, генерал лейтенант инженерных войск (1940), профессор, доктор военных наук (1941), Герой Советского Союза (16.8.1946). Член КПСС с 1940. Родился в… … Большая советская энциклопедия

- (1880 1945), военый инженер, генерал лейтенант инженерных войск (1940), профессор (1938), доктор военных наук (1941), Герой Советского Союза (1946, посмертно). Член Коммунистической партии с 1940. Окончил Николаевскую инженерную академию… … Санкт-Петербург (энциклопедия)

- (1880 1945), военный инженер, генерал лейтенант инженерных войск (1940), профессор, доктор военных наук, Герой Советского Союза (1946, посмертно). Участник 1 й мировой и Гражданской войн. С 1926 на преподавательской работе, профессор ряда военных … Энциклопедический словарь

- (1880, Омск — 1945), военный инженер и учёный, генерал лейтенант инженерных войск (1940), Герой Советского Союза (1946, посмертно). Из семьи военного чиновника. Окончил Николаевскую инженерную академию в Петербурге (1911). Участник русско… … Москва (энциклопедия)

Род. 1880, ум. (погиб) 1945. Военный инженер, военачальник. Участник первой мировой, Гражданской и Великой Отечественной войн. С 1940 г. генерал лейтенант инженерных войск, Герой Советского Союза (1946, посмертно) … Большая биографическая энциклопедия

Карбышев Дмитрий Михайлович — генерал-лейтенант инженерных войск. Родился 26 (14 по ст.с.) октября 1880 года в Омске в семье военного чиновника. Русский. Член ВКП(б) с 1940 года. В 1898 году окончил Сибирский кадетский остов, в 1890 году — Николаевское военно-инженерное училище (по первому разряду). В ранге подпоручик назначен ротным командиром в Восточно-Сибирский сапёрный батальон, дислоцировавшийся в Манчжурии.

Участник русско-японской войны 1904-1905 годов. В составе батальона укреплял позиции, устанавливал средства связи, наводил мосты, вёл разведку боем. Участвовал в сражении под Мукденом. Награждён 5 орденами (в т.ч. Станислава 2 степени) и 3 медалями. Войну закончил в ранге поручика.

После войны за агитацию посреди служивый уволен в припас. Жил и работал во Владивостоке. В 1907 году начал формироваться Владивостокский крепостной сапёрный батальон. Срочно потребовались опытные офицеры и Карбышев заново поступил на военную службу. В 1911 году с отличием окончил Николаевскую военно-инженерную академию. По распределению капитан Карбышев должен был сделаться командиром минной роты Севастопольской крепости, но вместо этого направлен в Брест-Литовск. Там он принимал участие в строительстве фортов Брестской крепости.

Участник I важный войны с первого дня. Воевал в Карпатах в составе 8-й армии генерала А.А.Брусилова. (Юго-Западный фронт). Был дивизионным инженером 78-й и 69-й пехотных дивизий, 22 финляндского стрелкового корпуса. В начале 1915 года участвовал в штурме крепости Перемышль. Был ранен в ногу. За храбрость и отвагу награждён орденом св. Анны с мечами и произведён в подполковники. В 1916 году был участником знаменитого Брусиловского прорыва.

В декабре 1917 года в Могилёв-Подольском Карбышев вступил в Красную гвардию. С 1918 года в Красной Армии. Во время Гражданской войны участвовал в строительстве Симбирского, Самарского, Саратовского, Челябинского, Златоустовского, Троицкого, Курганского укреплённых районов, снабжал инженерное обеспечение Каховского плацдарма. Занимал ответственные должности в штабе Северо-Кавказского военного округа. В 1920 году был назначен начальником инженеров 5-й армии Восточного фронта. Руководил укреплением Забайкальского плацдарма. Осенью 1920 года стал помощником начальника инженеров Южного фронта. Руководил инженерным обеспечением штурма Чонгара и Перекопа, за что награждён именными золотыми часами.

В 1921-1936 годах служил в инженерных войсках, был председателем Инженерного комитета Главного военно-инженерного управления РККА. С ноября 1926 года преподавал в Военной академии имени М.В.Фрунзе. В феврале 1934 года назначен начальником кафедры военно-инженерного дела. Военной академии Генерального штаба. С 1936 года был помощником начальника кафедры тактики высших соединений Военной академии Генерального штаба. В 1938 году окончил Военную академию Генерального штаба. В том же году утверждён в учёном звании профессора. В 1940 году ему присвоено звание генерал-лейтенанта инженерных войск.

Карбышев был первым советским учёным, которому принадлежит наиболее полное изыскание и разработка вопросов применения разрушений и заграждений. Значителен его вклад в научную разработку вопросов форсирования рек и других водных преград. Опубликовал больше 100 научных трудов по военно-инженерному искусству и военной истории. Его статьи и пособия по вопросам теории инженерного обеспечения боя и операции, тактике инженерных войск были основными материалами по подготовке командиров Красной Армии в предвоенные годы. В 1941 году Карбышев защитил диссертацию доктора военных наук. Многократно председательствовал в Государственной комиссии по защите дипломных проектов в Военно-инженерной академии имени В.В.Куйбышева. Был членом Экспертной оперативно-тактической комиссии при Комитете высшей школы. Часто присутствовал при испытаниях новейших образцов инженерной техники. Участвовал в уставных комиссиях по разработке и изданию Наставлений для Красной Армии по военно-инженерному делу.

Участник советско-финляндской войны 1939-1940 годов. В составе группы заместителя начальника Главного военно-инженерного управления по оборонительному строительству вырабатывал рекомендации войскам по инженерному обеспечению прорыва линии Маннергейма. В начале июня 1941 года Д.М.Карбышев был командирован в Западный Особый боевой округ. Великая Отечественная битва застала его в штабе 3-й армии в Гродно. Через 2 дня он перебрался в штаб 10 армии. 27 июня штаб армии оказался в окружении. В августе при попытке вылезти из окружения генерал-лейтенант Карбышев был нелегко контужен в бою в районе Днепра. В бессознательном состоянии был захвачен в плен.

Не пасть на колени

Три с половиной года провел Карбышев в фашистских застенках. К сожалению, до сих пор нет научных исследований (или хотя бы правдивых публикаций) о том трагическом и героическом периоде в жизни великого советского генерала. О судьбе Карбышева несколько лет в Москве вообще ничего не знали. Примечательно, что в его «Личном деле» в 1941 г. была сделана официальная отметка: «Пропал без вести».

Поэтому не секрет, что некоторые отечественные публицисты стали «выдавать на-гора» прямо-таки невероятные «факты» вроде того, что Советское правительство в августе 1941 г., узнав о пленении Карбышева, предложило немцам устроить обмен советского генерала на двух немецких, однако в Берлине сочли такой обмен «неэквивалентным». На самом деле наше командование на тот момент даже не знало, что генерал Карбышев попал в плен.

Дмитрий Карбышев начал свой «лагерный путь» в распределительном лагере у польского города Остров-Мазовецкий. Здесь пленных переписывали, сортировали, допрашивали. В лагере Карбышев переболел тяжелой формой дизентерии. На рассвете одного из октябрьских холодных дней 1941 г. переполненный людьми эшелон, среди которых был и Карбышев, прибыл в польское Замостье. Генерала поселили в барак # 11, за которым впоследствии прочно закрепилось название «генеральский».

Здесь, как говорится, была крыша над головой и почти нормальное питание, что в условиях пленения было большой редкостью. Немцы, по словам германских историков, были почти уверены, что после всего пережитого у выдающегося советского ученого возникнут «чувства благодарности» и он согласится на сотрудничество. Но это не сработало — и в марте 1942 г. Карбышева перевели в сугубо офицерский концентрационный лагерь Хаммельбург (Бавария). Лагерь этот был особенным — предназначенным исключительно для советских военнопленных. Его командование имело четкую установку — делать все возможное (и невозможное), чтобы склонить на сторону Гитлера «неустойчивых, колеблющихся и малодушных» советских офицеров и генералов. Поэтому в лагере соблюдалась видимость законности, гуманного обращения с пленными, что, надо признать, давало свои положительные результаты (особенно в первый год войны). Но только не в отношении Карбышева. Именно в этот период родился его знаменитый девиз: «Нет большей победы, чем победа над собой! Главное — не пасть на колени перед врагом».

Пелит и история Красной Армии

В начале 1943 г. советской разведке стало известно, что командир одной из немецких пехотных частей полковник Пелит был срочно отозван с Восточного фронта и назначен комендантом лагеря в Хаммельбурге. В свое время полковник окончил юнкерское училище в Петербурге и прекрасно владел русским языком. Но особо примечательно, что бывший офицер царской армии Пелит служил когда-то в Бресте вместе с капитаном Карбышевым. Но этот факт у советских разведчиков особых ассоциаций не вызвал. Дескать, в царской армии служили как предатели, так и настоящие большевики.

Но дело в том, что именно Пелиту было поручено вести персональную работу с «военнопленным генерал-лейтенантом инженерных войск». Полковника при этом предупредили, что русский ученый представляет «особый интерес» для вермахта и в особенности для главного управления инженерной службы Германии. Надо приложить максимум усилий, чтобы он работал на немцев.

В принципе Пелит был не только хорошим знатоком военного дела, но и известным в германских военных кругах мастером «интриг и разведки». Уже при первой встрече с Карбшевым он начал играть роль человека, далекого от политики, простецкого старого вояки, всей душой сочувствующего заслуженному советскому генералу. На каждом шагу немец старался подчеркнуть свое внимание и расположение к Дмитрию Михайловичу, называл его своим почетным гостем, рассыпался в любезностях. Он, не жалея красок, рассказывал боевому генералу всевозможные небылицы о том, что, по дошедшим до него сведениям, германское командование решило предоставить Карбышеву полную свободу и даже, если он того пожелает, возможность выезда за границу в одну из нейтральных стран. Чего скрывать, от подобного соблазна многие пленные не удерживались, но только не генерал Карбышев. Более того, он сразу же раскусил истинную миссию своего давнего коллеги.

Отмечу попутно, что в этот период именно в Хаммельбурге германская пропаганда начала отрабатывать свое «историческое изобретение» — здесь была создана «комиссия по составлению истории операций Красной Армии в текущей войне». В лагерь прибыли ведущие германские эксперты в этой области, в том числе сотрудники СС. Они беседовали с пленными офицерами, отстаивая ту мысль, что цель составления «истории» чисто научная, что офицеры вольны будут писать ее в том плане, в каком пожелают. Мимоходом сообщалось, что все офицеры, изъявившие согласие заняться писанием истории операций Красной Армии, получат дополнительное питание, благоустроенное помещение для работы и жилья, а, кроме того, даже гонорар за «литературный» труд. Ставка в первую очередь делалась на Карбышева, но генерал категорически отказался от «сотрудничества», более того — смог отговорить большинство остальных военнопленных от участия в «авантюре Геббельса». Попытка фашистского командования организовать «Комиссию» в конечном итоге провалилась.

Убеждение и вера

По некоторым данным, к концу октября 1942 г. немцы поняли, что с Карбышевым «не так все просто» — привлечь его на сторону фашистской Германии довольно проблематично. Вот содержание одного из секретных писем, которое получил полковник Пелит от «вышестоящей инстанции»: «Главное командование инженерной службы снова обратилось ко мне по поводу находящегося в Вашем лагере пленного Карбышева, профессора, генерал-лейтенанта инженерных войск. Я был вынужден задержать решение вопроса, так как рассчитывал на то, что Вы выполните мои инструкции в отношении названного пленного, сумеете найти с ним общий язык и убедить его в том, что, если он правильно оценит сложившуюся для него ситуацию и пойдет навстречу нашим желаниям, его ждет хорошее будущее. Однако майор Пельтцер, посланный мною к Вам для инспектирования, в своем докладе констатировал общее неудовлетворительное выполнение всех планов, касающихся лагеря Хаммельбург и в особенности — пленного Карбышева».

Вскоре гестаповское командование приказало доставить Карбышева в Берлин. Он догадывался, зачем его везут в германскую столицу.

Генерала поместили в одиночную камеру без окон, с яркой, постоянно мигающей электрической лампой. Находясь в камере, Карбышев потерял счет времени. Сутки здесь не делились на день и ночь, прогулок не было. Но, как говорил он потом товарищам по плену, прошло, по-видимому, не менее двух-трех недель, прежде чем его вызвали на первый допрос. Это был обычный прием тюремщиков, — вспоминал впоследствии Карбышев, с профессорской точностью анализируя все это «мероприятие»: заключенного приводят в состояние полной апатии, атрофии воли, прежде чем взять «в раскрутку».

Но, к удивлению Дмитрия Михайловича, его встретил не тюремный следователь, а известный немецкий фортификатор профессор Гейнц Раубенгеймер, о котором он немало слышал на протяжении последних двух десятков лет, за трудами которого пристально следил по специальным журналам и литературе. Несколько раз они встречались.

Профессор вежливо поприветствовал пленника, выразив сожаление за причиненные неудобства великому советскому ученому. Затем достал из папки лист бумаги и начал читать заранее подготовленный текст. Советскому генералу предлагалось освобождение из лагеря, возможность переезда на частную квартиру, а также полная материальная обеспеченность. Карбышеву будет открыт доступ во все библиотеки и книгохранилища Германии, предоставлена возможность знакомиться с другими материалами в интересующих его областях военно-инженерного дела. При необходимости гарантировалось любое число помощников для обустройства лаборатории, выполнения опытно-конструкторских работ и обеспечения иных мероприятий научно-исследовательского характера. Не воспрещался самостоятельный выбор тематики научных разработок, давалось добро на выезд в район фронтов для проверки теоретических расчетов в полевых условиях. Правда, оговаривалось — кроме Восточного фронта. Результаты работ должны стать достоянием немецких специалистов. Все чины германской армии будут относиться к Карбышеву как к генерал-лейтенанту инженерных войск германского рейха.

Внимательно выслушав условия «сотрудничества», Дмитрий Михайлович спокойно ответил: «Мои убеждения не выпадают вместе с зубами от недостатка витаминов в лагерном рационе. Я солдат и остаюсь верен своему долгу. А он запрещает мне работать на ту страну, которая находится в состоянии войны с моей Родиной».

О могильных плитах

Подобного упрямства немец не ожидал. Чего-чего, а с любимым учителем можно было бы прийти к определенному компромиссу. Железные двери одиночки захлопнулись за спиной немецкого профессора.

Карбышеву начали давать соленую пищу, после чего отказывали в воде. Заменили лампу — она стала такой мощной, что, даже закрыв веки, глазам не было покоя. Они начинали гноиться, причиняя мучительную боль. Спать почти не разрешали. При этом с немецкой аккуратностью регистрировали настроение и психическое состояние советского генерала. И когда казалось, что он начинал «скисать», снова приходили с предложением сотрудничать. Ответ был тот же — «нет». Так продолжалось без малого полгода.

После этого по этапу Карбышев был переведен в концентрационный лагерь Флоссенбюрг, расположенный в баварских горах, в 90 км от Нюрнберга. Он отличался каторжными работами особой тяжести, а бесчеловечное отношение к заключенным не знало предела. Узники в полосатой одежде с пробритой крестообразно головой с утра до ночи работали в гранитных карьерах под наблюдением эсэсовцев, вооруженных хлыстами и пистолетами. Минутная передышка, взгляд, брошенный в сторону, слово, сказанное соседу по работе, любое неловкое движение, малейшая провинность — все это вызывало бешеную ярость надсмотрщиков, избиение хлыстом. Часто слышались выстрелы. Стреляли прямо в затылок.

Один из советских пленных офицеров уже после войны вспоминал: «Однажды мы с Дмитрием Михайловичем работали в сарае, обтесывали гранитные столбики для дорог, облицовочные и намогильные плиты. По поводу последних Карбышев (которому даже в самой трудной ситуации не изменяло чувство юмора), вдруг заметил: «Вот работа, доставляющая мне истинное удовольствие. Чем больше намогильных плит требуют от нас немцы, тем лучше, значит, идут у наших дела на фронте».

Почти шестимесячное пребывание Дмитрия Михайловича на каторжных работах закончилось в один из августовских дней 1943 г. Пленник был переведен в Нюрнберг и заключен в тюрьму гестапо. После непродолжительного «карантина» его отправили в так называемый «блок» — деревянный барак посреди огромного вымощенного булыжником двора. Здесь генерала многие узнали: одни — как сослуживца в прошлом, другие — как грамотного учителя, третьи — по печатным трудам, некоторые — по прежним встречам в фашистских застенках.

Затем последовали Освенцим, Заксенхаузен, Маутхаузен — лагеря, которые навеки войдут в историю человечества как памятники самых страшных злодеяний германского фашизма. Постоянно дымящие печи, где сжигались живые и мертвые; газовые камеры, где в страшных муках гибли десятки тысяч людей; холмы пепла из человеческих костей; огромные тюки женских волос; горы ботиночек, снятых с детей перед тем, как отправить их в последний путь… Через все это прошел советский генерал.

За три месяца до вступления нашей армии в Берлин 65-летнего Карбышева перевели в лагерь Маутхаузен, где он и погиб.

Под ледяной водой

Впервые стало известно о гибели Карбышева через год после окончания войны. 13 февраля 1946 г. майор канадской армии Седдон Де-Сент-Клер, находившийся на излечении в госпитале под Лондоном, пригласил к себе представителя Советской миссии по делам репатриации в Англии, чтобы сообщить «важные подробности».

«Мне осталось жить недолго, — сказал майор советскому офицеру, — поэтому меня беспокоит мысль о том, чтобы вместе со мной не ушли в могилу известные мне факты героической гибели советского генерала, благородная память о котором должна жить в сердцах людей. Я говорю о генерал-лейтенанте Карбышеве, вместе с которым мне пришлось побывать в немецких лагерях».

По словам офицера, в ночь с 17 на 18 февраля около тысячи пленных немцы пригнали в Маутхаузен. Мороз стоял около 12 градусов. Все были одеты очень плохо, в рванье. «Как только мы вступили на территорию лагеря, немцы загнали нас в душевую, велели раздеться и пустили на нас сверху струи ледяной воды. Это продолжалось долго. Все посинели. Многие падали на пол и тут же умирали: сердце не выдерживало. Потом нам велели надеть только нижнее белье и деревянные колодки на ноги и выгнали во двор. Генерал Карбышев стоял в группе русских товарищей недалеко от меня. Мы понимали, что доживаем последние часы. Через пару минут гестаповцы, стоявшие за нашими спинами с пожарными брандспойтами в руках, стали поливать нас потоками холодной воды. Кто пытался уклониться от струи, тех били дубинками по голове. Сотни людей падали замерзшие или с размозженными черепами. Я видел, как упал и генерал Карбышев», — с болью в сердце излагал канадский майор.

«В ту трагическую ночь в живых осталось человек семьдесят. Почему нас не прикончили, не представляю. Должно быть, устали и отложили до утра. Оказалось, что к лагерю вплотную подходили союзные войска. Немцы в панике бежали… Я прошу вас записать мои показания и переслать их в Россию. Я считаю своим священным долгом беспристрастно засвидетельствовать все, что я знаю о генерале Карбышеве. Я выполню этим свой маленький долг перед памятью большого человека», — такими словами закончил свой рассказ канадский офицер.

Что и было сделано

16 августа 1946 г. генерал-лейтенанту Дмитрию Карбышеву было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Как записано в указе, это высокое звание присвоено генералу-герою, трагически погибшему в фашистском плену, «за исключительную стойкость и мужество, проявленные в борьбе с немецкими захватчиками в Великой Отечественной войне». 28 февраля 1948 г. главнокомандующий Центральной группой войск генерал-полковник Курасов и начальник инженерных войск ЦГВ генерал-майор Слюнин в присутствии делегаций от войск группы почетного караула, а также правительства Австрийской Республики открыли памятник и мемориальную доску на месте, где фашисты зверски замучили генерала Карбышева на территории бывшего гитлеровского концентрационного лагеря Маутхаузен. В России его имя увековечено в названиях воинских коллективов, кораблей и железнодорожных станций, улиц и бульваров многих городов, присвоено многочисленным школам. Между Марсом и Юпитером совершает путь по околосолнечной орбите малая планета # 1959 — Карбышев.

Сегодня уже мало кто из поколения 20 – летних и младше сможет рассказать что-нибудь вразумительное о легендарном советском герое – Дмитрие Михайловиче Карбышеве. Его фамилия на слуху, в основном, из-за большого количества названных в честь него улиц городов постсоветского пространства, реже встречается названные в честь него учреждения (например, школы), но это всего лишь оставшиеся осколки той легенды о человеке, судьба которого была известна когда-то каждому пионеру в любом уголке СССР…

Дмитрий Карбышев родился 26 октября 1880 года в Омске в семье военного чиновника. В юном возрасте Дмитрий остался без отца, однако, решил идти по его стопам и в 1898 году он закончил Сибирский кадетский корпус, а через два года – Петербургское Николаевское военно-инженерное училище. По окончании училища Карбышев в чине подпоручика назначается на службу ротным командиром в 1-й Восточно-Сибирский сапёрный батальон, который располагался в Маньчжурии.

Дмитрий Карбышев участвовал в русско-японской войне: в составе своего батальона он укреплял позиции, занимался наведением мостов и установкой средств связи. Показал себя храбрым офицером в боях под Мукденом, и неудивительно, что за два года этой войны Карбышев пятью орденами и тремя медалями.

В 1906 году Дмитрия Карбышева увольняют из армии в запас: согласно документированным источникам – за агитацию в то неспокойное революционное время среди солдат. Через год, однако, Карбышев снова был призван на службу в качестве командира роты сапёрного батальона: его знания и опыт пригодились при перестройке крепостных сооружений во Владивостоке.

Окончив в 1911 году с отличием Николаевскую военно-инженерную академию, Дмитрий Михайлович получил назначение в Брест-Литовск, где он принимает участие в строительстве фортов Брест-Литовской крепости.

Первую мировую войну Карбышев встречает в составе 8-й армии генерала А. А. Брусилова, которая воевала на Карпатах. В 1915 году Карбышев – один из активно атакующих крепость Перемышль, в боях он получил ранение в ногу. За героизм, проявленный в этих сражениях, Карбышев получает орден святой Анны с мечами и производится в подполковники.

В Красную Гвардию Дмитрий Карбышев вступил в декабре 1917 года, со следующего года он уже в составе Красной Армии. Во время Гражданской войны Карбышев помогал укреплять военные позиции по всей территории страны – от Украины до Сибири. С 1920 года Дмитрий Михайлович – инженерный начальник 5-й армии Восточного фронта, чуть позже он назначен помощником начальника инженеров Южного фронта.

После Гражданской войны Карбышев преподаёт в Военной Академии имени Фрунзе, с 1934 года он работает преподавателем в Военной Академии Генерального Штаба. Среди слушателей Академии Карбышев пользовался популярностью. Вот что вспоминает о нём генерал армии Штеменко: «…от него пошла любимая поговорка сапёров: "Один сапер, один топор, один день, один пень". Правда, ее переиначили острословы, по-карбышевски она звучала так: "Один батальон, один час, один километр, одна тонна, один ряд».

В 1940 году Карбышев в звании генерал-лейтенанта инженерных войск, а в 1941 году ему присвоена учёная степень доктора военных наук (его перу принадлежат более ста научных трудов по военно-инженерному искусству, военной ). Его теоретические пособия в вопросах инженерного обеспечения во время боевых операций и тактике инженерных войск считались основополагающими материалами при подготовке командиров Красной Армии перед Великой Отечественной войной.

Дмитрий Карбышев участвовал в советско-финской войне 1939-1940 годов, разрабатывал рекомендации по инженерному обеспечению прорыва линии Маннергейма.

Начало Великой Отечественной войны застало Карбышева в штабе 3-й армии города Гродно. Дмитрию Михайловичу предлагают для возвращения в Москву выделить транспорт и личную охрану, однако, он отказывается, предпочтя отступать вместе с частями Красной Армии. Попав в окружение и попытавшись выбраться из него, Карбышев был тяжёло контужен в ожесточённом бою (близ Днепра, в Могилевской области), и в бессознательном состоянии пленён немцами.

С этого момента начинается трёхлетняя история карбышевского пленения, его скитания по нацистским лагерям.

В гитлеровской Германии Карбышева хорошо знали: уже в 1940 году IV управление РСХА Имперского управления безопасности открыло по нему специальное досье. Досье имело особую пометку и проходило по категории учета «IV D 3-а», что означало, - помимо наблюдения за деятельностью, - применять особое обращение в случае захвата в плен.

Свой лагерный «путь» он начал в польском городе Остров-Мазовецкий, куда его отправили в распределительный лагерь. Вскоре Карбышева отправляет в лагерь польского местечка Замостье, Дмитрия Михайловича поселяют в барак №11 (позже прозванный генеральским). Расчёт немцев на то, что после лишений лагерной жизни, Карбышев согласится сотрудничать с ними, не оправдался, и весной 1942 года Карбышева перевели в офицерский концентрационный лагерь города Хаммельбург (Бавария). Этот лагерь, состоящий сугубо из контингента советских пленных офицеров и генералов, был особенным, - в задачу его руководства входило любыми методами склонять заключённых к сотрудничеству с нацистской Германией. Именно поэтому в его атмосфере соблюдались некие нормы законности и гуманного обращения. На Дмитрия Карбышева впрочем эти методы не действовали, именно здесь родился его девиз: «Нет большей победы, чем победа над собой! Главное - не пасть на колени перед врагом».

С 1943 года «профилактическую работу» с Карбышевым ведёт бывший офицер царской русской армии Пелит (примечательно, что этот Пелит когда-то служил вместе с Дмитрием Михайловичем в Бресте). Полковника Пелита предупредили, что русский военный инженер представляет для Германии особый интерес, соответственно, нужно приложить все усилия для привлечения его на сторону нацистов.

Тонкий психолог Пелит взялся за дело с основанием: играя роль бывалого вояки, далёкого от политики, расписывал Карбышеву все преимущества перехода на немецкую сторону (фантастические по своей сути). Дмитрий Михайлович, однако, сразу раскусил хитрость Пелита и стоял на своём: Родину не предаю.
Гестаповское командование принимает решение использовать несколько другую тактику. Дмитрия Карбышева вывозят в Берлин, где ему организовывают встречу с Гейнцем Раубенгеймером, известным немецким профессором и знатоком фортификационной инженерии. В обмен на сотрудничество он предлагает Карбышеву условия для работы и проживания на территории Германии, делавшие бы его практически свободным человеком. Ответ Дмитрия Михайловича был исчерпывающ: «Мои убеждения не выпадают вместе с зубами от недостатка витаминов в лагерном рационе. Я солдат и остаюсь верен своему долгу. А он запрещает мне работать на ту страну, которая находится в состоянии войны с моей Родиной».

После такого твёрдого отказа вновь меняется тактика по отношению к советскому генералу-военнопленному – Карбышева отправляют в концентрационный лагерь Флоссенбюрг, лагерь знаменитый своими каторжными работами и поистине бесчеловечными условиями по отношению к заключённым. Шестимесячное пребывание Дмитрия Карбышева в аду Флоссенбюрга закончилось его переводом в нюрнбергскую гестаповскую тюрьму. После которой мрачной каруселью закружились лагеря, куда определяют Карбышева. Освенцим, Заксенхаузен, Маутхаузен – эти поистине кошмарные лагеря смерти, через которые пришлось пройти и Карбышеву и в которых, несмотря на нечеловеческие условия существования, он до последних своих дней оставался волевым и несгибаемым человеком.

Погиб Дмитрий Михайлович Карбышев в австрийском концлагере Маутхаузен: замерз, будучи облит водой на морозе… Погиб героически и мученически, так и не предав свою советскую Родину.

О подробностях его гибели стало известно со слов майора канадской армии Седдон Де-Сент-Клера, который также прошёл Маутхаузен. Это было одно из первых достоверных сведениях о жизни Карбышева в плену, - ведь он тогда в СССР считался пропавшим без вести ещё в самом начале войны.
В 1946 году Дмитрию Карбышеву было присвоено посмертно звание Героя Советского Союза. А 28 февраля 1948 года были открыты памятник и мемориальная доска на том месте бывшего концлагеря Маутхаузена, где был изуверски замучен генерал-лейтенант Карбышев.

Было время, когда любой школьник в советской школе мог рассказать, кто такой генерал Дмитрий Карбышев и за что ему присвоено звание Герой Советского Союза. Увы, мы все больше теряем не только память о людях, отдавших самое дорогое, что может быть у человека - жизнь, за свободу своей страны, но и чувство благодарности к подлинным героям. Итак, кем он был - генерал Красной Армии Дмитрий Карбышев, участник Великой Отечественной войны, военнопленный, принявший мученическую смерть в концлагере Маутхаузен.

Биография генерала Карбышева кратко

Карбышев родился 26 октября 1880 года в Омске, в семье потомственного военного, и карьера его была предрешена. Он заканчивает кадетский корпус, военно-инженерное училище и в чине подпоручика отправляется на восточные рубежи, в Манчжурию. Там его и застала , за участие в которой он был награжден пятью боевыми орденами и тремя медалями, что является подтверждением личной отваги. В царской армии награды за “красивые глаза” не давали. В 1906 году Дмитрия Карбышева, поручика увольняют из армии в запас за “неблагонадежность” после офицерского суда чести. Но, буквально через год, военное ведомство вернуло опытного и дельного офицера для участия в перестройке крепостных укреплений Владивостока.

В 1911 году Карбышев с отличием оканчивает Николаевскую военно-инженерную академию и получает распределение в Севастополь, но оказывается в Брест-Литовске. Мало кто знает, что Дмитрий Михайлович принимал участие в строительстве знаменитой . Во время первой мировой войны воевал под началом генерала Брусилова, участвовал в его знаменитом прорыве и штурме крепости Перемышль. Был награжден и произведен в подполковники.

Служба в Красной Армии

После Октябрьской революции вступил в Красную гвардию и занимался строительством укрепительных сооружений на разных фронтах - на Урале, в Поволжье, на Украине. Был лично знаком с Куйбышевым и Фрунзе, которые ценили бывшего царского полковника и доверяли ему, встречался с Дзержинским. Карбышеву было доверено руководить созданием оборонительных сооружений вокруг Самары, которые были в последствии использованы как плацдарм для наступления Красной Армии. После Гражданской войны он начинает преподавать в Военной академии им. Фрунзе, а в 1934 году возглавляет кафедру военно-инженерного дела академии Генерального штаба.

Среди слушателей академии Дмитрий Михайлович пользовался большой популярностью, о чем вспоминал впоследствии генерал армии Штеменко. Карбышеву принадлежала поговорка о значении инженерно-саперных войск - «Один батальон, один час, один километр, одна тонна, один ряд". К началу Карбышев имел ученую степень профессора, защитил докторскую диссертацию, ему было присвоено звание генерал-лейтенанта инженерных войск, и он стал членом ВКП (б). Начало войны застало Карбышева на западной границе в Белоруссии. Пытаясь выйти из окружения, он получает тяжелое ранение и попадает в плен.

Подвиг русского генерала

Несколько лет в Москве ничего не знали о судьбе генерала. Он считался пропавшим без вести. Только в 1946 году от майора канадской армии Седдон Де-Сент-Клер, стали известны подробности последних дней жизни советского генерала. Это произошло в середине февраля 1945 года. В концлагерь Маутхаузен пригнали большую партию военнопленных из других лагерей. Среди них был и генерал Дмитрий Михайлович Карбышев. Немцы заставили людей раздеться и стали поливать их холодной водой из брандспойтов. Многие падали от разрыва сердца, а тех, кто уклонялся, избивали дубинками. Карбышев подбадривал стоящих рядом с ним, уже покрываясь льдом. “Родина нас не забудет” - последние слова генерала, перед тем как упасть. Его тело, как и тела остальных, было сожжено в печи крематория.

Позже, из немецких архивов стало известно, что Карбышев много раз получал предложения немецкого командования о сотрудничестве, но так и не дал на это согласия. Благородная память о героической гибели советского человека, генерала Дмитрия Михайловича Карбышева, который не стал предателем Родины, не потерял свое человеческое достоинство и честь офицера, должна быть сохранена в истории нашей страны.