Маяковский разговор. Стихотворение "разговор с фининспектором о поэзии" маяковский владимир владимирович

“Разговор с фининспектором о поэзии” был написан в середине двадцатых годов. Форма “разговора”, привычная для поэта, в данном стихотворении имеет свою специфику: здесь поэт говорит о себе и своем труде с человеком, далеким от этой темы. Растолковывая непосвященному, в чем состоит поэтическая работа, поэт находит яркие и убедительные сравнения, метафоры, многие из которых стали афоризмами, формулами поэзии. Обращает внимание сравнение процесса творчества с невероятно трудным процессом добычи радия:

Та же добыча радия.

В грамм добыча,

В год труды.

Изводишь

Единого слова ради тысячи тонн

Испепеляюще

Слов этих жжение рядом

С тлением

Слова-сырца. Эти слова

Приводят в движение тысячи лет

Миллионов сердца.

Именно здесь Маяковский говорит о неразрывной связи поэта эпохи социализма со своим народом.

Народа водитель и одновременно -

Народный слуга?

Здесь, как ни парадоксально это звучит, четко просматривается преемственная связь гражданской поэзии Маяковского с творчеством Пушкина, Лермонтова, Некрасова.

В 1930 году поэт начинает работу над поэмой “Во весь голос”, посвященной первой пятилетке. Поэму Маяковский написать не успел, было написано вступление. Оно глубоко лирично по своему содержанию, поэтому рассматривается как составная часть лирического наследия поэта. Маяковский говорил, что сам хочет поговорить со своими потомками, без “посредников”.

Уважаемые

Товарищи потомки!..

Это горячий, полемический разговор поэта-трибуна с будущими читателями. Новая эпоха явилась началом революционного переворота и в поэзии. Свое место в этой преобразующей деятельности поэт определяет решительно и резко:

Я, ассенизатор

И водовоз,

Революцией

Мобилизованный и призванный,

Ушел на фронт

Из барских садаводетл поэзии -

Бабы капризной.

Маяковский отрицает буржуазно-мещанскую поэзию, голос поэта-агитатора полон такой силы, что дойдет до далеких потомков живым, не потерявшим теплоты. Его поэзия, “как старое, но грозное оружие”, всегда будет помогать людям в борьбе за счастливую жизнь. Маяковский подводит итог двадцатилетней поэтической деятельности, он отдает свое могучее оружие трудящимся:

Поверх зубов вооруженные войска,

Что двадцать лет в победах

Пролетали, до самого

Последнего листка я отдаю тебе,

Планеты пролетарий.

Неразрывная связь поэта с трудящимися основана на общности классовых взглядов и интересов, на ясном понимании целей и задач борьбы, на общности судьбы, на практическом освоении революционной теории, поэтому связь эта нерушима.

Пускай нам

Общим памятником будет

Построенный

Социализм.

Поэт просит потомков мысленно переселиться в его эпоху, чтобы понять всю важность и трудность его работы, приближающей грядущее счастье.

Здоровы и ловки, поэт

Вылизывал

Чахоткины плевки

Шершавым языком плаката.

Жизнь поэта тяжела и беспокойна, но все его существо направлено на построение нового общества. Этой цели служит его поэзия:

Товарищ жизнь,

Быстрей протопаем,

Протопаем

По пятилетке

Дней остаток.

Бескорыстное служение Отчизне - залог бессмертия поэта:

Явившись

Светлых лет,

Над бандой

Поэтических

Рвачей и выжиг

Я подыму,

Как большевистский партбилет,

Все сто томов

Партийных книжек.

Страстность и определенность в решении темы, яркость и ясность образов, простота и меткость речи-отличительные черты Маяковского-поэта. Он горд своей причастностью к созданию нового государства.

Гражданин фининспектор!
Простите за беспокойство.
Спасибо…
не тревожьтесь…
я постою…
У меня к вам
дело
деликатного свойства:
о месте
поэта
в рабочем строю.
В ряду
имеющих
лабазы и угодья
и я обложен
и должен караться.
Вы требуете
с меня
пятьсот в полугодие
и двадцать пять
за неподачу деклараций.
Труд мой
любому
труду
родствен.
Взгляните —
сколько я потерял,
какие
издержки
в моем производстве
и сколько тратится
на материал.
Вам,
конечно, известно
явление «рифмы».
Скажем,
строчка
окончилась словом
«отца»,
и тогда
через строчку,
слога повторив, мы
ставим
какое-нибудь:
ламцадрица-ца.
Говоря по-вашему,
рифма —
вексель.
Учесть через строчку!-
вот распоряжение.
И ищешь
мелочишку суффиксов и флексий
в пустующей кассе
склонений
и спряжений.
Начнешь это
слово
в строчку всовывать,
а оно не лезет —
нажал и сломал.
Гражданин фининспектор,
честное слово,
поэту
в копеечку влетают слова.
Говоря по-нашему,
рифма —
бочка.
Бочка с динамитом.
Строчка —
фитиль.
Строка додымит,
взрывается строчка,-
и город
на воздух
строфой летит.
Где найдешь,
на какой тариф,
рифмы,
чтоб враз убивали, нацелясь?
Может,
пяток
небывалых рифм
только и остался
что в Венецуэле.
И тянет
меня
в холода и в зной.
Бросаюсь,
опутан в авансы и в займы я.
Гражданин,
учтите билет проездной!
— Поэзия
— вся!-
езда в незнаемое.
Поэзия —
та же добыча радия.
В грамм добыча,
в год труды.
Изводишь
единого слова ради
тысячи тонн
словесной руды.
Но как
испепеляюще
слов этих жжение
рядом
с тлением
слова-сырца.
Эти слова
приводят в движение
тысячи лет
миллионов сердца.
Конечно,
различны поэтов сорта.
У скольких поэтов
легкость руки!
Тянет,
как фокусник,
строчку изо рта
и у себя
и у других.
Что говорить
о лирических кастратах?!
Строчку
чужую
вставит — и рад.
Это
обычное
воровство и растрата
среди охвативших страну растрат.
Эти
сегодня
стихи и оды,
в аплодисментах
ревомые ревмя,
войдут
в историю
как накладные расходы
на сделанное
нами —
двумя или тремя.
Пуд,
как говорится,
соли столовой
съешь
и сотней папирос клуби,
чтобы
добыть
драгоценное слово
из артезианских
людских глубин.
И сразу
ниже
налога рост.
Скиньте
с обложенья
нуля колесо!
Рубль девяносто
сотня папирос,
рубль шестьдесят
столовая соль.
В вашей анкете
вопросов масса:
— Были выезды?
Или выездов нет?-
А что,
если я
десяток пегасов
загнал
за последние
15 лет?!
У вас —
в мое положение войдите —
про слуг
и имущество
с этого угла.
А что,
если я
народа водитель
и одновременно —
народный слуга?
Класс
гласит
из слова из нашего,
а мы,
пролетарии,
двигатели пера.
Машину
души
с годами изнашиваешь.
Говорят:
— в архив,
исписался,
пора!-
Все меньше любится,
все меньше дерзается,
и лоб мой
время
с разбега крушит.
Приходит
страшнейшая из амортизаций —
амортизация
сердца и души.
И когда
это солнце
разжиревшим боровом
взойдет
над грядущим
без нищих и калек,-
я
уже
сгнию,
умерший под забором,
рядом
с десятком
моих коллег.
Подведите
мой
посмертный баланс!
Я утверждаю
и — знаю — не налгу:
на фоне
сегодняшних
дельцов и пролаз
я буду
— один!-
в непролазном долгу.
Долг наш —
реветь
медногорлой сиреной
в тумане мещанья,
у бурь в кипеньи.
Поэт
всегда
должник вселенной,
платящий
на горе
проценты
и пени.
Я
в долгу
перед Бродвейской лампионией,
перед вами,
багдадские небеса,
перед Красной Армией,
перед вишнями Японии —
перед всем,
про что
не успел написать.
А зачем
вообще
эта шапка Сене?
Чтобы — целься рифмой
и ритмом ярись?
Слово поэта —
ваше воскресение,
ваше бессмертие,
гражданин канцелярист.
Через столетья
в бумажной раме
возьми строку
и время верни!
И встанет
день этот
с фининспекторами,
с блеском чудес
и с вонью чернил.
Сегодняшних дней убежденный житель,
выправьте
в энкапеэс
на бессмертье билет
и, высчитав
действие стихов,
разложите
заработок мой
на триста лет!
Но сила поэта
не только в этом,
что, вас
вспоминая,
в грядущем икнут.
Нет!
И сегодня
рифма поэта —
ласка,
и лозунг,
и штык,
и кнут.
Гражданин фининспектор,
я выплачу пять,
все
нули
у цифры скрестя!
Я
по праву
требую пядь
в ряду
беднейших
рабочих и крестьян.
А если
вам кажется,
что всего делов —
это пользоваться
чужими словесами,
то вот вам,
товарищи,
мое стило,
и можете
писать
сами!

Еще стихотворения:

1. Не знаю, что мне помешало, Какой туман меня обнес! Опять денек промчался шало, А как-то жаль его всерьез! Печаль, вскипая, сердце гложет. Кого ж глодать, как не его! Ведь что-то...
2. Люблю писать в дороге! На встречный тополек Люблю повесить строгий Служебный табелек. Начать свой день рабочий С румынских дальних троп И этот день закончить, Въезжая в город Чоп. Рассветный лес...
3. Я на днях случайно прочитал книжку невеликого поэта. Где-то под Ростовом он упал, захлебнулся кровью и не встал и не видел, как пришла победа. Но отвага гению сродни, но подобно...
4. Это — круто налившийся свист, Это — щелканье сдавленных льдинок. Это — ночь, леденящая лист, Это — двух соловьев поединок. Это — сладкий заглохший горох, Это — слезы вселенной в...
5. — Ты все с отъездом тянешь… — Да, тяну… — Ты отнимаешь у меня весну, Еще одну, спокойно хороня. А много ли их будет у меня? Я не увижу, милая,...
6. Боль свою вы делите с друзьями, Вас сейчас утешить норовят, А его последними словами, Только вы нахмуритесь, бранят. Да и человек ли, в самом деле, Тот, кто вас, придя, околдовал,...
7. Не пускайте поэта в Париж! Пошумит, почудит — не поедет. Он поедет туда, говоришь, — Он давно этим бредит. Не пускайте поэта в Париж! Там нельзя оставаться. Он поедет туда,...

Предназначение поэта, по мнению Маяковского, в том, чтобы побуждать людей к деятельности, к развитию. Поэт – борец за справедливость, человек, который не биться говорить о насущных проблемах. Поэзия – способ выражения своего мнения.

Стихотворение «Нате!» было написано в 1913г., автор размышляет о роли поэта и поэзии в жизни общества. У молодого человека только начинает формироваться представление о мире, о месте человека в нем, о своем предназначении.

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Все стихотворение написано по принципу противопоставления буржуазного общества, которое воспринимает поэзию как развлечение, и поэта, для которого поэзия – способ выражения своих чувств, переживаний. Поэт создает карикатурные образы «ценителей искусства», которые на самом деле ничего не понимают в нем, но стараются казаться знатоками. Маяковский с отвращением относится к подобным людям, потому что они не понимают его авторского замысла, глубины души. Основа произведения – конфликт общества и поэта. Поэзии – это не развлечение; «Нате!»– призыв воспринимать стихотворения как высшую форму творческой деятельности, а не дань моде. Поэт с досадой говорит о необходимости творить ради толпы, которая этого не ценит. Цель жизни поэта – служение народу.

Стихотворение «Необычайное приключение…» было написано в 1920 году. Главный герой стихотворения - солнце. Два солнца олицетворяют «солнце» как звезда и солнце поэзии. Они неразрывно связаны. Идея произведения – сила воздействия поэзии на человеческое сознание и общество в целом. Стих строится на диалоге Солнца и поэта. Через сравнение существования Солнца и жизни поэта автор показывает, насколько они похожи. Предназначение Солнца – светить, наполнять мир светом, поэта – служить на благо народа, творить. Солнце и поэт выполняют важные функции в жизни общества.

Стихотворение «Разговор с фининспектором о поэзии» написан в 1926г. Автор рассматривает тему предназначения поэта и поэзии, роли искусства в жизни человека. Основа произведения – отличие творческих личностей(поэтов) от обычных людей. Причиной написания стихотворения послужил новый закон о налогах, по которому поэты должны платить налог на прибыль. Маяковский отделает поэта от обычных рабочих. Поэзия - специфический труд, издержки от производства которого исчисляются не в материальных благах, а в духовных. Поэт – труженик, поэзия – кропотливый труд, требующий таланта.

Назначение поэзии и поэта заключается в обращение к человеческому духу и разуму. Поэзия должна побуждать людей видеть прекрасное в обыденных вещах, призывать людей к самосовершенствованию.

Обновлено: 2017-11-19

Внимание!
Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter .
Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.

Спасибо за внимание.

Стихотворение “Разговор с фининспектором о поэзии” очень иронично, но в то же время доходчиво демонстрирует точку зрения Маяковского на роль поэта в обществе. Краткий анализ “Разговора с фининспектором о поэзии” по плану можно использовать на уроке литературы в 11 классе в качестве основного или дополнительного материала.

Краткий анализ

История создания – стихотворение написано в 1926 году. С его помощью поэт протестовал против нового закона, согласно которому поэты и писатели должны были платить взнос в размере половины своего заработка, как и простые рабочие.

Тема стихотворения – роль поэта в обществе, утверждение его труда как чего-то особенного.

Композиция – последовательная, “беседа с фининспектором” развивается от одного аргумента к другому.

Жанр – гражданская лирика.

Стихотворный размер – тонический стих.

Эпитеты – “деликатное свойство”, “пустующая касса”, “честное слово”, “небывалые рифмы”, “словесная руда” .

Метафоры – “мелочишка суффиксов и флексий”, “касса склонений и спряжений”, “в копеечку влетают слова”, “город на воздух строфой летит” .

Сравнение – “рифма – вексель”, “рифма – бочка с динамитом”.

История создания

Маяковский написал это стихотворение в знак протеста против закона о налогообложении, который приравнивал поэтом и писателей к обычным работягам и служащим и ставил их в турик при заполнении необходимых бумаг, на что поэт также резонно указывает в своем произведении.

Написано оно в 1926 году в форме “разговора”, что позволяет наиболее полно передать эмоции и мысли поэта, возмущенного несправедливостью. Маяковский выражал свое возмущение не столько тем, что поэтов заставляют платить налоги, сколько банальностью и приземленностью такого требования.

Тема

Основная тема стихотворения – роль поэта и его поэзии в обществе. То, что лирический герой говорит об этом с человеком, максимально далеким от поэтического мира, подчеркивает ироничность ситуации: он пытается доказать необходимость и сложность своего труда человеку, максимально от них далекому.

Композиция

Это стихотворение последовательно развивает высказанную Маяковским мысль о том, что, с одной стороны, поэтический труд так же сложен и требует затрат энергии, как и любой другой, но при этом невозможно посчитать затраты и издержки, так как они выражаются в основном в вещах нематериальных.

Завершается композиция тем, что лирический герой в иронической форме предлагает финансовому инспектору, которые продолжает думать, что труд поэта очень легкий, самому начать писать стихи, избавив поэта от бремени слов.

Жанр

Гражданская лирика – в нем поэт высказывает свое мнение относительно событий, затрагивающих значительную часть общества и выступает с критикой несправедливого, по его мнению, устройства общества. Стихотворный размер – тоническое стихосложение.

Гражданин фининспектор!
Простите за беспокойство.
Спасибо...
не тревожьтесь...
я постою...
У меня к вам
дело
деликатного свойства:
о месте
поэта
в рабочем строю.
В ряду
имеющих
лабазы и угодья
и я обложен
и должен караться.
Вы требуете
с меня
пятьсот в полугодие
и двадцать пять
за неподачу деклараций.
Труд мой
любому
труду
родствен.
Взгляните -
сколько я потерял,
какие
издержки
в моем производстве
и сколько тратится
на материал.
Вам,
конечно, известно
явление «рифмы».
Скажем,
строчка
окончилась словом
«отца»,
и тогда
через строчку,
слога повторив, мы
ставим
какое-нибудь:
ламцадрица-ца.
Говоря по-вашему,
рифма -
вексель.
Учесть через строчку!-
вот распоряжение.
И ищешь
мелочишку суффиксов и флексий
в пустующей кассе
склонений
и спряжений.
Начнешь это
слово
в строчку всовывать,
а оно не лезет -
нажал и сломал.
Гражданин фининспектор,
честное слово,
поэту
в копеечку влетают слова.
Говоря по-нашему,
рифма -
бочка.
Бочка с динамитом.
Строчка -
фитиль.
Строка додымит,
взрывается строчка,-
и город
на воздух
строфой летит.
Где найдешь,
на какой тариф,
рифмы,
чтоб враз убивали, нацелясь?
Может,
пяток
небывалых рифм
только и остался
что в Венецуэле.
И тянет
меня
в холода и в зной.
Бросаюсь,
опутан в авансы и в займы я.
Гражданин,
учтите билет проездной!
- Поэзия
- вся!-
езда в незнаемое.
Поэзия -
та же добыча радия.
В грамм добыча,
в год труды.
Изводишь
единого слова ради
тысячи тонн
словесной руды.
Но как
испепеляюще
слов этих жжение
рядом
с тлением
слова-сырца.
Эти слова
приводят в движение
тысячи лет
миллионов сердца.
Конечно,
различны поэтов сорта.
У скольких поэтов
легкость руки!
Тянет,
как фокусник,
строчку изо рта
и у себя
и у других.
Что говорить
о лирических кастратах?!
Строчку
чужую
вставит - и рад.
Это
обычное
воровство и растрата
среди охвативших страну растрат.
Эти
сегодня
стихи и оды,
в аплодисментах
ревомые ревмя,
войдут
в историю
как накладные расходы
на сделанное
нами -
двумя или тремя.
Пуд,
как говорится,
соли столовой
съешь
и сотней папирос клуби,
чтобы
добыть
драгоценное слово
из артезианских
людских глубин.
И сразу
ниже
налога рост.
Скиньте
с обложенья
нуля колесо!
Рубль девяносто
сотня папирос,
рубль шестьдесят
столовая соль.
В вашей анкете
вопросов масса:
- Были выезды?
Или выездов нет?-
А что,
если я
десяток пегасов
загнал
за последние
15 лет?!
У вас -
в мое положение войдите -
про слуг
и имущество
с этого угла.
А что,
если я
народа водитель
и одновременно -
народный слуга?
Класс
гласит
из слова из нашего,
а мы,
пролетарии,
двигатели пера.
Машину
души
с годами изнашиваешь.
Говорят:
- в архив,
исписался,
пора!-
Все меньше любится,
все меньше дерзается,
и лоб мой
время
с разбега крушит.
Приходит
страшнейшая из амортизаций -
амортизация
сердца и души.
И когда
это солнце
разжиревшим боровом
взойдет
над грядущим
без нищих и калек,-
я
уже
сгнию,
умерший под забором,
рядом
с десятком
моих коллег.
Подведите
мой
посмертный баланс!
Я утверждаю
и - знаю - не налгу:
на фоне
сегодняшних
дельцов и пролаз
я буду
- один!-
в непролазном долгу.
Долг наш -
реветь
медногорлой сиреной
в тумане мещанья,
у бурь в кипеньи.
Поэт
всегда
должник вселенной,
платящий
на горе
проценты
и пени.
Я
в долгу
перед Бродвейской лампионией,
перед вами,
багдадские небеса,
перед Красной Армией,
перед вишнями Японии -
перед всем,
про что
не успел написать.
А зачем
вообще
эта шапка Сене?
Чтобы - целься рифмой
и ритмом ярись?
Слово поэта -
ваше воскресение,
ваше бессмертие,
гражданин канцелярист.
Через столетья
в бумажной раме
возьми строку
и время верни!
И встанет
день этот
с фининспекторами,
с блеском чудес
и с вонью чернил.
Сегодняшних дней убежденный житель,
выправьте
в энкапеэс
на бессмертье билет
и, высчитав
действие стихов,
разложите
заработок мой
на триста лет!
Но сила поэта
не только в этом,
что, вас
вспоминая,
в грядущем икнут.
Нет!
И сегодня
рифма поэта -
ласка,
и лозунг,
и штык,
и кнут.
Гражданин фининспектор,
я выплачу пять,
все
нули
у цифры скрестя!
Я
по праву
требую пядь
в ряду
беднейших
рабочих и крестьян.
А если
вам кажется,
что всего делов -
это пользоваться
чужими словесами,
то вот вам,
товарищи,
мое стило,
и можете
писать
сами!