Почему Андреевский флаг стал символом русского флота. Андреевский флаг

Крёстные братья шотландцы

Андреевский флаг, ставший символом побед русского военно-морского флота, как и многие другие новшества, появился в России во времена Петра I.

Первый в истории государственный флаг с так называемым андреевским крестом появился в Шотландии.

На косом кресте принял мученическую смерть апостол Андрей Первозванный. Согласно легенде, в 832 году король Ангус II, возглавлявший войско пиктов и скоттов, перед битвой с англами, которых возглавлял Этельстан, в ночь перед сражением молился Богу о даровании победы на поле брани и дал обет, что в случае победы объявит святого апостола Андрея Первозванного покровителем Шотландии. Утром облака над полем битвы образовали на голубом небе букву «Х», повторяющую форму креста, на котором был распят апостол Андрей. Воодушевлённые скотты и пикты разгромили противника, после чего Андрей Первозванный был провозглашён покровителем Шотландии. Флагом страны стал белый косой крест на голубом фоне.

После возникновения личной унии Англии и Шотландии в 1606 году шотландский косой крест стал частью общего флага Соединённого Королевства и присутствует в нём и по сей день.

Флот обрёл флаг в честь небесного покровителя России

Когда на рубеже XVII–XVIII веков Пётр I задумался над новой государственной символикой, косой крест оказался в числе наиболее предпочтительных символов.

Согласно преданию, апостол Андрей посещал земли будущей Руси, поэтому начиная с XI века в русских землях являлся особо почитаемым святым - небесным покровителем России.

В 1698 году Пётр I учредил первый в России орден, который являлся высшей наградой Российской империи, - орден Святого апостола Андрея Первозванного. Нет ничего удивительного, что среди проектов флагов, которые рисовал сам царь, существовал и флаг с косым крестом.

11 декабря 1699 года Пётр I утвердил флаг с синим косым крестом на белом фоне одним из флагов, принятых для использования на русском флоте. На самом деле доработка флага и статуса велась царём ещё на протяжении двух десятилетий, и лишь Корабельный устав 1720 года установил: «Флаг белый, поперёк этого имеется синий Андреевский крест, коим Россию окрестил он».

«С нами Бог и Андреевский флаг!»

С этого момента и до 1917 года Андреевский флаг стал главным и единственным в Военно-морском флоте России. В 1819 году он был дополнен Георгиевским адмиральским флагом, представлявшим из себя Андреевский флаг, в центр которого был помещён красный геральдический щит с каноническим изображением святого Георгия Победоносца . Подобный флаг вручался кораблю, чей экипаж проявил исключительное мужество и отвагу в достижении победы или при защите чести военно-морского флага.

Изначально длина Андреевского флага достигала четырёх метров. Гигантские размеры были нужны для того, чтобы развевающееся на ветру знамя создавало ужасающий рёв - это было своеобразной психической атакой.

Почитание Андреевского флага на флоте было чрезвычайно велико. Командиры русских кораблей, вступая в бой, неизменно повторяли одну и ту же фразу: «С нами Бог и Андреевский флаг».

Спустивший флаг корабль сожгли, капитану запретили жениться

Корабельный устав Петра I, предписывавший защищать Андреевский флаг до последней капли крови, соблюдался свято. За всю историю русского флота добровольно флаг был спущен лишь дважды.

11 мая 1829 года командир русского фрегата «Рафаил» капитан 2-го ранга Семён Стройников спустил флаг перед турецкой эскадрой из 15 кораблей, стремясь сохранить жизнь экипажу.

Именным указом императора Николая I было предписано опозоривший себя фрегат при попадании в руки русских сжечь. Произошло это лишь 24 года спустя, в Синопском сражении, однако воля императора была выполнена - «Рафаил», состоявший в турецком флоте, сожгли, а данное имя более никогда не использовалось для русских кораблей.

Что касается капитана Стройникова, то он по возвращении из плена был лишён всех наград и званий, а также разжалован в простые матросы. Более того, Стройникову было запрещено жениться, «дабы не иметь в России потомства труса и изменника». Парадокс, однако, заключался в том, что у опального капитана уже было к тому времени два сына, и оба они впоследствии стали контр-адмиралами русского флота.

Второй раз флаги на русских кораблях были спущены в 1905 году, в конце Цусимского сражения, по приказу контр-адмирала Небогатова, стремившегося спасти жизнь оставшимся матросам и офицерам.

В августе 1905 года за этот поступок он был лишён чинов, а затем предан суду, который в декабре 1906 года приговорил контр-адмирала к смертной казни, заменённой на 10 лет заключения в крепости. Небогатов отсидел 25 месяцев, после чего был помилован.

Возвращение

Флагом ВМФ России Андреевский флаг перестал быть в 1917 году. Последние Андреевские флаги на русских кораблях были спущены в 1924 году в порту Бизерта в северной Африке, где были сосредоточены корабли эскадры Белой армии.

Самой мрачной страницей в истории Андреевского флага было использование его в качестве символики коллаборационистами из Русской освободительной армии (РОА) генерала Власова, воевавшими на стороне гитлеровцев.

В январе 1992 года правительство РФ приняло решение о возвращении ВМФ России Андреевского флага вместо флага ВМФ СССР.

26 июля 1992 года в День Военно-Морского Флота на всех боевых кораблях в последний раз были подняты флаги ВМФ СССР, после чего под звуки гимна СССР они были
спущены. Вместо них под гимн Российской Федерации были подняты Андреевские флаги.

Единственным кораблём, где и по сей день не поднимается Андреевский флаг, является советская подводная лодка С-56, ставшая военным мемориалом. В дань уважения к подвигу советских моряков в годы Великой Отечественной войны на С-56 проходит ежедневно церемония подъёма и спуска флага ВМФ СССР, а российская символика не используется

Главным корабельным кормовым флагом флота России считается Андреевский флаг. Он представляет собой пересечение двух синих полос на белом фоне. Пересечение этих двух полос называется Андреевским крестом, отсюда и пошло название флага.

История Андреевского флага, как главного флага Российского флота, и история создания данной символики очень давняя: со времен правления царя Петра I. По давнему Библейскому преданию, у царя Петра были свои божественные покровители - братья Апостол Андрей и Апостолы покровительствовали над морской торговлей, потому что занимались ловлей рыбы в Галилейском море. Однажды братья были призваны Христом к себе. Первым из них был Андрей, поэтому его и назвали Андреем Первозванным. Также Апостол Андрей, по древним преданиям, считается покровителем славянских земель и людей, населяющих эти земли. В наше время в деревне под названием Грузино расположен храм имени Андрея Первозванного (раньше же это был город Волхово). Храм был поставлен в честь того, что Святой Андрей побывал в городе и оставил в знак этого свой наперстный крест. Также, по преданию, Апостол побывал на землях городов Новгорода и Киева и тоже оставлял там наперстный крест. В своем путешествии Апостол неустанно проповедовал христианство и смиренный образ жизни, также им была принята мученическая смерть - распятье на кресте.

Впервые в России в 1698 году, царем Петром I был принят орден Им награждали за хорошую государственную службу и различные воинские подвиги. Такой орден представляет собой золотой крест с голубой лентой. Все это крепилось на золотой цепи. На кресте расположена из серебра, в центре звезды - небольшой орел, а на груди у орла - ленточка в виде Андреевского креста.

Впервые символика Андреевского флага была применена не а его отцом - Алексеем Михайловичем. Им был придуман флаг, предназначенный специально для первого военного судна в России. Это судно называлось «Орел».

Царь Петр уделял очень много внимания флагам. Он лично разрабатывал и проектировал флаги для флота. Практически во всех флагах применялась тематика Андреевского креста. Царь при разработке флагов чаще всего применял синий, белый и красный цвета. Все созданные им флаги были приняты флотом. А один из них, который состоял из вертикальных полос белого, синего и красного цветов, стал считаться и даже рисовался в атласах того времени.

Ну, а самой завершающей версией флага, как раз считается Андреевский флаг (синий Андреевский крест на белом фоне). Он и стал главным корабельным символом флота России. Этот флаг в данной форме в Российском флоте просуществовал до ноября 1917 года.

А в 1992 году, 17 января, Российское правительство решило вернуть Андреевский флаг и сделать его вновь России. Возвращение старого морского товарища было принято флотом с большой радостью. Андреевский флаг был освещен в Санкт-Петербурге в Николо-Богоявленском соборе. Его мы можем увидеть на российских судах, как военных, так и гражданских.

Очень распространённой, значимой, узнаваемой символикой можно считать Андреевский крест и Андреевский флаг, фото которого вы видели в предствленной статье.

Андреевский флаг является главным корабельным кормовым флагом Российского Флота. Он представляет собой белое полотнище, пересеченное по диагонали двумя синими полосами, которые образуют наклонный крест, который называется Андреевским. Этот крест и дал имя флагу.

Андреевский флаг

Символика Андреевского флаг уходит корнями в глубокую древность. Апостол Андрей был братом Апостола Петра - Петра-хранителя. И царь Петр I считал его также своим божественным покровителем. Оба брата ловили рыбу в Галилейском море, что обусловило их покровительство над морской торговлей. Андрей был первым, кто был призван к себе Христом. Из-за этого он был назван Первозванным. Согласно Библейской легенде, Апостол Андрей также является покровителем земель, заселенных славянами. В Киеве он оставил наперстный крест, после этого, когда он посетил Новгород и расположенный рядом Волхов, он также оставил наперстный крест (теперь это - деревня Грузино, где был построен храм Андрея Первозванного). Апостол Андрей стал известным после неустанного проповедования христианства в своем путешествии и принятия мученической смерти на кресте.
В 1698 году, Петром I был учережден первый в России орден - орден Св. Андрея Первозванного - для награждения за воинские подвиги и государственную службу. Орден состоял из золотого креста, голубой ленты, серебряной восьмиконечной звезды и золотой цепи. В центре звезды, в розетке покрытой красной эмалью и золотыми полосками в виде вияния, - двуглавый орел, увенчанный тремя коронами, на груди орла - косой синий крест.

Знаки Ордена св. Андрея Первозванного

Символика Андреевского флага также была данью памяти Петра I его отцу - царю Алексею Михаиловичу, который впервые учредил специальный флаг для первого военного Российского судна - трехмачтового галиота "Орел".
Став царем, Петр I уделял много внимания разработке проектов флага. В 1692 году он лично нарисовал два проекта. На одном из них имелись три параллельных полосы с надписью "белый", "синий", "красный", на втором были те же самые цвета с Андреевским крестом поверх них. В 1693 и 1695 годах второй проект был включен в некоторые международные атласы как флаг "Московии". С 1692 по 1712 Петр I нарисовал еще восемь проектов флага, которые последовательно были приняты во Флоте. Последняя (восьмая) и заключительная версия была так описана Петром I: "Флаг белый, поперек этого имеется синий Андреевский крест, коим Россию окрестил он ".
В такой форме Андреевский флаг просуществовал в Российском Флоте до ноября 1917 года.
17 января 1992 года, Российское Правительство приняло резолюцию относительно возвращения Андреевскому флагу статуса Военно-Морского флага России. В субботу, 15 февраля 1992 года Андреевский флаг был освящен в Санкт-Петербурге в Николо-Богоявленском соборе.

Бело-синий символ чести русских моряков
11 декабря в России отмечается День Андреевского флага, дарованного флоту первым российским императором Петром Великим / Цикл «Наши победы»

Спросите любого российского военного моряка о том, какие два самых главных цвета ассоциируются у него с флотом, - и услышите в ответ: синий и белый. И совершенно закономерно. Именно таковы цвета одного из самых знаменитых военно-морских флагов в мире - отечественного Андреевского флага. Ещё в

___

Подъем Андреевского флага на водноспортивной станции Тихоокеанского флота во время празднования Дня Военно-морского флота во Владивостоке

11 декабря* в России отмечается праздник в его честь: в этот день в 1699 году Петр Первый утвердил знаменитый косой синий крест на белом фоне в качестве символа отечественного военного флота. Под Андреевским флагом суда Российского Императорского флота ходили на протяжении двух с лишним веков: с 1699 по 1924 год. Это полотнище осенило самые знаменитые морские баталии, составившие славу русских моряков: Гогландскую и Гангутскую, Синопскую и Чесменскую, Хиосскую и Цусимскую. Под этим флагом шли в бой, не заботясь о числе кораблей противника, линейный корабль «Азов» и бриг «Меркурий», крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец», парусный корабль «Орел» и миноносец «Стерегущий». Синий косой крест на белом фоне осенял собой берега Антарктиды, принесенный туда шлюпами «Восток» и «Мирный», путешествовал вокруг земного шара на фрегате «Паллада» и корвете «Витязь». И всегда оставался символом беззаветного служения русских моряков Родине.

___

Гангутский бой (фрагмент). Художник Рудольф Яхнин

Крест, осенивший русский флот

Существует красивая легенда о том, как именно первый российский император Петр Алексеевич придумал рисунок Андреевского флага. Дескать, засидевшись допоздна над эскизами военно-морского флага для только-только нарождавшегося русского флота, царь задремал прямо за столом. А проснувшись поутру, внезапно увидел косой синий крест, упавший на белый лист перед его лицом. Так причудливо преломился и лег на бумагу солнечный свет, прошедший через цветной витраж на окне царского кабинета…

Увы, в реальности все это вряд ли могло произойти именно так. Первый эскиз, на котором появился косой Андреевский крест, нарисован был в 1692 году одновременно с другим - классическим бело-сине-красным. На фоне такого же триколора был впервые изображен государем и косой синий крест, что вряд ли могло стать результатом удачной игры света и тени.

___

Петр I. Художник Поль Деларош (1838)

Окончательно же Андреевский флаг утвердился в качестве главного военно-морского флага России в 1712 году, когда Петр I подписал высочайший указ о его повсеместном использовании: «флаг белый, через который синий крест св. Андрея того ради, что от сего апостола приняла Россия святое крещение».

Есть и еще одна причина, по которой Петр Первый выбрал Андреевский крест в качестве символа русского военного флота. В 1703 году русские заняли остров Котлин, и таким образом исполнилась заветная мечта первого российского императора - выход в Балтийское море. Оно стало четвертым для России морем, на котором империя утвердила свое владычество: вместе с Каспийским, Азовским и Белым. И, таким образом, четырехконечный Андреевский крест получил совершенно новое значение для России.

Умереть на посту у флага

«Все воинские корабли Российские не должны ни перед кем спускать флаги, вымпелы и марсели, под штрафом лишения живота», - сказано в «Уставе морском о всем, что касается доброму управлению в бытности флота на море», собственноручно написанном Петром I. Требование это неукоснительно соблюдалось на русском флоте, и не было для российских моряков бесчестья страшнее, чем спустить флаг перед лицом неприятеля.

Чтобы никто не мог в одиночку решиться на такое безумие, кормовой Андреевский флаг - а именно он считался и считается главным на кораблях русского флота - всегда охранялся вооруженным часовым. Достаточно сказать, что такой же строгой охраной обеспечивалась на парусных судах еще только крюйт-камера, то есть корабельное хранилище пороха и ядер.

В книге российского историка военного флота Николая Манвелова «Обычаи и традиции Российского Императорского флота» приводится несколько удивительных фактов того, как моряки, охранявшие флаг, не покидали свои посты до прихода нового часового даже после тяжелейших ранений. Например, пишет автор, «в ходе боя у Порт-Артура 27 января 1904 года часовой у кормового флага броненосного крейсера "Баян" Никифор Печерица получил осколочные ранения в обе ноги, однако пост не покинул. Сменили его только после боя - офицеры заметили, что унтер стоит в крайне неестественной позе. Одним из последних покинул свой корабль в корейском порту Чемульпо (современный Ичхон) и часовой у знамени крейсера "Варяг". Боцманмат Петр Оленин не сменялся на протяжении всего боя и не погиб чудом - осколками посекло голландку и брюки, разбило приклад винтовки и разорвало сапог. При этом сам унтер получил лишь легкое ранение в ногу. Часовой у флага на грот-мачте броненосного крейсера "Россия" в бою с японскими кораблями в Корейском проливе 1 августа 1904 года временно покинул пост только по требованию старшего офицера крейсера. К тому моменту он был неоднократно ранен и истекал кровью. Нетрудно догадаться, что на свое место он вернулся сразу после перевязки».

___

Крейсер «Варяг»

И надо признать, что от мысли спустить флаг перед неприятелем русских моряков удерживал вовсе не «штраф лишения живота», а твердая убежденность в том, что этот поступок не может быть оправдан. Недаром же за всю историю русского флота известны лишь два случая, когда корабли все-таки решились на спуск флага - но, как ни удивительно, никто из офицеров и матросов не был наказан за это смертью. Вероятно, потому, что жить с клеймом клятвопреступника и труса было гораздо большим наказанием, чем расстаться с жизнью.

«Дабы в последующем трусов для русского флота не плодить»

Первый случай произошел в мае 1829 года, когда командир фрегата «Рафаил» капитан II ранга Семен Стройников, чтобы спасти свою команду от неминуемой смерти, спустил Андреевский флаг перед превосходящей его числом турецкой эскадрой. Захваченный корабль вошел в состав турецкого флота и через 24 года во время Синопского сражения был сожжен русской эскадрой - как того и требовал царский указ, навсегда вычеркнувший имя «Рафаил» из списка кораблей русского флота. А обесчещенный экипаж попал в плен и после окончания войны вернулся на родину, где в почти полном составе - от капитана до последнего трюмного, за исключением одного мичмана, возразившего командиру! - был разжалован в матросы. Кроме того, император Николай I своим личным указом запретил бывшему командиру фрегата жениться, «дабы в последующем трусов для русского флота не плодить». Правда, эта мера опоздала: к тому времени у Стройникова уже были два сына - Николай и Александр, и позор отца не помешал им стать морскими офицерами и дослужиться до званий контр-адмиралов.

___

Морской Георгиевский знаменный флаг - награда за защиту Севастополя в Крымской войне / Фото: Музей истории Черноморского флота (Севастополь)

Два святых на одном флаге

5 (17) июня 1819 года императорским указом Александра I был утвержден Георгиевский Андреевский флаг, где поверх Андреевского креста был изображен красный геральдический щит с каноническим изображением святого Георгия Победоносца. Так на одном флаге появились символы сразу двух святых, особо почитаемых в России: святого Георгия и святого апостола Андрея.

Второй случай спуска Андреевского флага зафиксирован уже в царствование последнего самодержца всероссийского Николая II. На второй день Цусимского сражения сразу пять кораблей русского флота решились на бесчестье, чтобы спасти жизнь 2280 русских моряков. Как пишет автор книги «Обычаи и традиции Российского Императорского флота», тогда «японскому флоту под командованием адмирала Хэйхатиро Того сдались два эскадренных броненосца, два броненосца береговой обороны и миноносец, на борту которого находился тяжело раненный командующий 2-й эскадрой флота Тихого океана вице-адмирал Зиновий Рожественский. На удивление современников, с адмиралами сдавшихся боевых судов поступили весьма мягко. Командующий 3-м боевым отрядом эскадры контр-адмирал Николай Небогатов был сначала лишен чинов и наград, а затем, в 1906 году, приговорен к смертной казни, сразу же замененной 10 годами заключения в крепости. Впрочем, отсидел он лишь 3 года и был досрочно освобожден. Флот, впрочем, ему спуск флага не простил - сыну Небогатова, обучавшемуся в Морском кадетском корпусе, была устроена такая обструкция, что ему пришлось покинуть корпус и оставить все надежды стать морским офицером». Такая же замена смертной казни на десятилетнее заключение в крепости ожидала и командиров сдавшихся с Небогатовым кораблей.

Возвращение легенды

То, что за всю двухвековую с лишним историю русского военного флота Андреевский флаг спускали перед лицом неприятеля лишь дважды, а примеров, когда наши моряки поднимали на фалах сигнал «Погибаю, но не сдаюсь!» и стояли до конца, было куда больше, говорит о многом. Прежде всего - о том, с какой гордостью несли русские военные моряки свое звание и свой сине-белый символ. И несли до последнего: уже после того, как Россия стала советской, Андреевский флаг продолжал развеваться над русскими кораблями, которые их экипажи успели увести из Севастополя в далекий Бизерт. Только там и только после того, как Франция в 1924 году признала Советскую Россию и отказалась признавать флаги Российской империи, моряки со слезами на глазах спустили легендарные полотнища.

Но андреевские цвета никуда не делись! На первом флаге Рабоче-Крестьянского Красного Флота присутствовал только Андреевский крест - пусть и на красном фоне и соседствуя с красной звездой. Но, когда в 1935 году был утвержден новый военно-морской флаг, вернули его основные цвета: белое полотнище с широкой синей полосой. Отказавшись от всех символов «прогнившего самодержавия», большевики все-таки не решились покуситься на символ русского флота.

И флот достойно ответил на это решение. Под советским военно-морским флагом русские моряки снискали не меньшую славу, чем под Андреевским, достойно продолжая дело своих предшественников и не посрамив их чести. Когда же страна перестала быть советской, одним из первых решений Всеармейского офицерского собрания 17 января 1992 года стало ходатайство о замене военно-морского флага СССР военно-морским флагом России - Андреевским. В тот же день правительство России приняло постановление о возвращении статуса Андреевского флага. Президентский указ об утверждении новых флагов страны, в том числе и военно-морского, подписан 21 июля 1992 года.

* Указ Петром был подписан 1 декабря 1699 года по старому стилю. Из-за разночтения в датах в некоторых источниках Днем Андреевского флага считается 10 декабря.

Андрей был братом Апостола Петра . Оба брата ловили рыбу в Галилейском море , что обусловило их покровительство над морской торговлей. Андрей был первым, кого призвал к себе в ученики Христос, поэтому был назван Первозванным. Согласно средневековому преданию, Апостол Андрей также посещал Русь, в связи с чем считается святым покровителем России. В Киеве он оставил наперсный крест , после этого он посетил Новгород и расположенный рядом Волхов . Апостол Андрей стал известным после неустанного проповедования христианства в своём путешествии и принятия мученической смерти на косом кресте в греческом городе Патры .

История

Заимствования полотна флага

Также изображение Андреевского флага можно увидеть на почтовом блоке, выпущенном в 2008 году в честь 225-летия Черноморского флота России .

Андреевский флаг в литературе

Войнович Павел Владимирович «Воин под Андреевским флагом»

См. также

Напишите отзыв о статье "Андреевский флаг"

Примечания

Литература

Ссылки

Отрывок, характеризующий Андреевский флаг

– С вечера стояли, а теперь не могу знать, ваше сиятельство. Прикажите, я съезжу с гусарами, – сказал Ростов.
Багратион остановился и, не отвечая, в тумане старался разглядеть лицо Ростова.
– А что ж, посмотрите, – сказал он, помолчав немного.
– Слушаю с.
Ростов дал шпоры лошади, окликнул унтер офицера Федченку и еще двух гусар, приказал им ехать за собою и рысью поехал под гору по направлению к продолжавшимся крикам. Ростову и жутко и весело было ехать одному с тремя гусарами туда, в эту таинственную и опасную туманную даль, где никто не был прежде его. Багратион закричал ему с горы, чтобы он не ездил дальше ручья, но Ростов сделал вид, как будто не слыхал его слов, и, не останавливаясь, ехал дальше и дальше, беспрестанно обманываясь, принимая кусты за деревья и рытвины за людей и беспрестанно объясняя свои обманы. Спустившись рысью под гору, он уже не видал ни наших, ни неприятельских огней, но громче, яснее слышал крики французов. В лощине он увидал перед собой что то вроде реки, но когда он доехал до нее, он узнал проезженную дорогу. Выехав на дорогу, он придержал лошадь в нерешительности: ехать по ней, или пересечь ее и ехать по черному полю в гору. Ехать по светлевшей в тумане дороге было безопаснее, потому что скорее можно было рассмотреть людей. «Пошел за мной», проговорил он, пересек дорогу и стал подниматься галопом на гору, к тому месту, где с вечера стоял французский пикет.
– Ваше благородие, вот он! – проговорил сзади один из гусар.
И не успел еще Ростов разглядеть что то, вдруг зачерневшееся в тумане, как блеснул огонек, щелкнул выстрел, и пуля, как будто жалуясь на что то, зажужжала высоко в тумане и вылетела из слуха. Другое ружье не выстрелило, но блеснул огонек на полке. Ростов повернул лошадь и галопом поехал назад. Еще раздались в разных промежутках четыре выстрела, и на разные тоны запели пули где то в тумане. Ростов придержал лошадь, повеселевшую так же, как он, от выстрелов, и поехал шагом. «Ну ка еще, ну ка еще!» говорил в его душе какой то веселый голос. Но выстрелов больше не было.
Только подъезжая к Багратиону, Ростов опять пустил свою лошадь в галоп и, держа руку у козырька, подъехал к нему.
Долгоруков всё настаивал на своем мнении, что французы отступили и только для того, чтобы обмануть нас, разложили огни.
– Что же это доказывает? – говорил он в то время, как Ростов подъехал к ним. – Они могли отступить и оставить пикеты.
– Видно, еще не все ушли, князь, – сказал Багратион. – До завтрашнего утра, завтра всё узнаем.
– На горе пикет, ваше сиятельство, всё там же, где был с вечера, – доложил Ростов, нагибаясь вперед, держа руку у козырька и не в силах удержать улыбку веселья, вызванного в нем его поездкой и, главное, звуками пуль.
– Хорошо, хорошо, – сказал Багратион, – благодарю вас, г. офицер.
– Ваше сиятельство, – сказал Ростов, – позвольте вас просить.
– Что такое?
– Завтра эскадрон наш назначен в резервы; позвольте вас просить прикомандировать меня к 1 му эскадрону.
– Как фамилия?
– Граф Ростов.
– А, хорошо. Оставайся при мне ординарцем.
– Ильи Андреича сын? – сказал Долгоруков.
Но Ростов не отвечал ему.
– Так я буду надеяться, ваше сиятельство.
– Я прикажу.
«Завтра, очень может быть, пошлют с каким нибудь приказанием к государю, – подумал он. – Слава Богу».

Крики и огни в неприятельской армии происходили оттого, что в то время, как по войскам читали приказ Наполеона, сам император верхом объезжал свои бивуаки. Солдаты, увидав императора, зажигали пуки соломы и с криками: vive l"empereur! бежали за ним. Приказ Наполеона был следующий:
«Солдаты! Русская армия выходит против вас, чтобы отмстить за австрийскую, ульмскую армию. Это те же баталионы, которые вы разбили при Голлабрунне и которые вы с тех пор преследовали постоянно до этого места. Позиции, которые мы занимаем, – могущественны, и пока они будут итти, чтоб обойти меня справа, они выставят мне фланг! Солдаты! Я сам буду руководить вашими баталионами. Я буду держаться далеко от огня, если вы, с вашей обычной храбростью, внесете в ряды неприятельские беспорядок и смятение; но если победа будет хоть одну минуту сомнительна, вы увидите вашего императора, подвергающегося первым ударам неприятеля, потому что не может быть колебания в победе, особенно в тот день, в который идет речь о чести французской пехоты, которая так необходима для чести своей нации.
Под предлогом увода раненых не расстроивать ряда! Каждый да будет вполне проникнут мыслию, что надо победить этих наемников Англии, воодушевленных такою ненавистью против нашей нации. Эта победа окончит наш поход, и мы можем возвратиться на зимние квартиры, где застанут нас новые французские войска, которые формируются во Франции; и тогда мир, который я заключу, будет достоин моего народа, вас и меня.
Наполеон».

В 5 часов утра еще было совсем темно. Войска центра, резервов и правый фланг Багратиона стояли еще неподвижно; но на левом фланге колонны пехоты, кавалерии и артиллерии, долженствовавшие первые спуститься с высот, для того чтобы атаковать французский правый фланг и отбросить его, по диспозиции, в Богемские горы, уже зашевелились и начали подниматься с своих ночлегов. Дым от костров, в которые бросали всё лишнее, ел глаза. Было холодно и темно. Офицеры торопливо пили чай и завтракали, солдаты пережевывали сухари, отбивали ногами дробь, согреваясь, и стекались против огней, бросая в дрова остатки балаганов, стулья, столы, колеса, кадушки, всё лишнее, что нельзя было увезти с собою. Австрийские колонновожатые сновали между русскими войсками и служили предвестниками выступления. Как только показывался австрийский офицер около стоянки полкового командира, полк начинал шевелиться: солдаты сбегались от костров, прятали в голенища трубочки, мешочки в повозки, разбирали ружья и строились. Офицеры застегивались, надевали шпаги и ранцы и, покрикивая, обходили ряды; обозные и денщики запрягали, укладывали и увязывали повозки. Адъютанты, батальонные и полковые командиры садились верхами, крестились, отдавали последние приказания, наставления и поручения остающимся обозным, и звучал однообразный топот тысячей ног. Колонны двигались, не зная куда и не видя от окружавших людей, от дыма и от усиливающегося тумана ни той местности, из которой они выходили, ни той, в которую они вступали.
Солдат в движении так же окружен, ограничен и влеком своим полком, как моряк кораблем, на котором он находится. Как бы далеко он ни прошел, в какие бы странные, неведомые и опасные широты ни вступил он, вокруг него – как для моряка всегда и везде те же палубы, мачты, канаты своего корабля – всегда и везде те же товарищи, те же ряды, тот же фельдфебель Иван Митрич, та же ротная собака Жучка, то же начальство. Солдат редко желает знать те широты, в которых находится весь корабль его; но в день сражения, Бог знает как и откуда, в нравственном мире войска слышится одна для всех строгая нота, которая звучит приближением чего то решительного и торжественного и вызывает их на несвойственное им любопытство. Солдаты в дни сражений возбужденно стараются выйти из интересов своего полка, прислушиваются, приглядываются и жадно расспрашивают о том, что делается вокруг них.
Туман стал так силен, что, несмотря на то, что рассветало, не видно было в десяти шагах перед собою. Кусты казались громадными деревьями, ровные места – обрывами и скатами. Везде, со всех сторон, можно было столкнуться с невидимым в десяти шагах неприятелем. Но долго шли колонны всё в том же тумане, спускаясь и поднимаясь на горы, минуя сады и ограды, по новой, непонятной местности, нигде не сталкиваясь с неприятелем. Напротив того, то впереди, то сзади, со всех сторон, солдаты узнавали, что идут по тому же направлению наши русские колонны. Каждому солдату приятно становилось на душе оттого, что он знал, что туда же, куда он идет, то есть неизвестно куда, идет еще много, много наших.
– Ишь ты, и курские прошли, – говорили в рядах.
– Страсть, братец ты мой, что войски нашей собралось! Вечор посмотрел, как огни разложили, конца краю не видать. Москва, – одно слово!
Хотя никто из колонных начальников не подъезжал к рядам и не говорил с солдатами (колонные начальники, как мы видели на военном совете, были не в духе и недовольны предпринимаемым делом и потому только исполняли приказания и не заботились о том, чтобы повеселить солдат), несмотря на то, солдаты шли весело, как и всегда, идя в дело, в особенности в наступательное. Но, пройдя около часу всё в густом тумане, большая часть войска должна была остановиться, и по рядам пронеслось неприятное сознание совершающегося беспорядка и бестолковщины. Каким образом передается это сознание, – весьма трудно определить; но несомненно то, что оно передается необыкновенно верно и быстро разливается, незаметно и неудержимо, как вода по лощине. Ежели бы русское войско было одно, без союзников, то, может быть, еще прошло бы много времени, пока это сознание беспорядка сделалось бы общею уверенностью; но теперь, с особенным удовольствием и естественностью относя причину беспорядков к бестолковым немцам, все убедились в том, что происходит вредная путаница, которую наделали колбасники.
– Что стали то? Аль загородили? Или уж на француза наткнулись?
– Нет не слыхать. А то палить бы стал.
– То то торопили выступать, а выступили – стали без толку посереди поля, – всё немцы проклятые путают. Эки черти бестолковые!
– То то я бы их и пустил наперед. А то, небось, позади жмутся. Вот и стой теперь не емши.
– Да что, скоро ли там? Кавалерия, говорят, дорогу загородила, – говорил офицер.
– Эх, немцы проклятые, своей земли не знают, – говорил другой.
– Вы какой дивизии? – кричал, подъезжая, адъютант.
– Осьмнадцатой.
– Так зачем же вы здесь? вам давно бы впереди должно быть, теперь до вечера не пройдете.
– Вот распоряжения то дурацкие; сами не знают, что делают, – говорил офицер и отъезжал.
Потом проезжал генерал и сердито не по русски кричал что то.
– Тафа лафа, а что бормочет, ничего не разберешь, – говорил солдат, передразнивая отъехавшего генерала. – Расстрелял бы я их, подлецов!
– В девятом часу велено на месте быть, а мы и половины не прошли. Вот так распоряжения! – повторялось с разных сторон.
И чувство энергии, с которым выступали в дело войска, начало обращаться в досаду и злобу на бестолковые распоряжения и на немцев.
Причина путаницы заключалась в том, что во время движения австрийской кавалерии, шедшей на левом фланге, высшее начальство нашло, что наш центр слишком отдален от правого фланга, и всей кавалерии велено было перейти на правую сторону. Несколько тысяч кавалерии продвигалось перед пехотой, и пехота должна была ждать.
Впереди произошло столкновение между австрийским колонновожатым и русским генералом. Русский генерал кричал, требуя, чтобы остановлена была конница; австриец доказывал, что виноват был не он, а высшее начальство. Войска между тем стояли, скучая и падая духом. После часовой задержки войска двинулись, наконец, дальше и стали спускаться под гору. Туман, расходившийся на горе, только гуще расстилался в низах, куда спустились войска. Впереди, в тумане, раздался один, другой выстрел, сначала нескладно в разных промежутках: тратта… тат, и потом всё складнее и чаще, и завязалось дело над речкою Гольдбахом.
Не рассчитывая встретить внизу над речкою неприятеля и нечаянно в тумане наткнувшись на него, не слыша слова одушевления от высших начальников, с распространившимся по войскам сознанием, что было опоздано, и, главное, в густом тумане не видя ничего впереди и кругом себя, русские лениво и медленно перестреливались с неприятелем, подвигались вперед и опять останавливались, не получая во время приказаний от начальников и адъютантов, которые блудили по туману в незнакомой местности, не находя своих частей войск. Так началось дело для первой, второй и третьей колонны, которые спустились вниз. Четвертая колонна, при которой находился сам Кутузов, стояла на Праценских высотах.
В низах, где началось дело, был всё еще густой туман, наверху прояснело, но всё не видно было ничего из того, что происходило впереди. Были ли все силы неприятеля, как мы предполагали, за десять верст от нас или он был тут, в этой черте тумана, – никто не знал до девятого часа.
Было 9 часов утра. Туман сплошным морем расстилался по низу, но при деревне Шлапанице, на высоте, на которой стоял Наполеон, окруженный своими маршалами, было совершенно светло. Над ним было ясное, голубое небо, и огромный шар солнца, как огромный пустотелый багровый поплавок, колыхался на поверхности молочного моря тумана. Не только все французские войска, но сам Наполеон со штабом находился не по ту сторону ручьев и низов деревень Сокольниц и Шлапаниц, за которыми мы намеревались занять позицию и начать дело, но по сю сторону, так близко от наших войск, что Наполеон простым глазом мог в нашем войске отличать конного от пешего. Наполеон стоял несколько впереди своих маршалов на маленькой серой арабской лошади, в синей шинели, в той самой, в которой он делал итальянскую кампанию. Он молча вглядывался в холмы, которые как бы выступали из моря тумана, и по которым вдалеке двигались русские войска, и прислушивался к звукам стрельбы в лощине. В то время еще худое лицо его не шевелилось ни одним мускулом; блестящие глаза были неподвижно устремлены на одно место. Его предположения оказывались верными. Русские войска частью уже спустились в лощину к прудам и озерам, частью очищали те Праценские высоты, которые он намерен был атаковать и считал ключом позиции. Он видел среди тумана, как в углублении, составляемом двумя горами около деревни Прац, всё по одному направлению к лощинам двигались, блестя штыками, русские колонны и одна за другой скрывались в море тумана. По сведениям, полученным им с вечера, по звукам колес и шагов, слышанным ночью на аванпостах, по беспорядочности движения русских колонн, по всем предположениям он ясно видел, что союзники считали его далеко впереди себя, что колонны, двигавшиеся близ Працена, составляли центр русской армии, и что центр уже достаточно ослаблен для того, чтобы успешно атаковать его. Но он всё еще не начинал дела.
Нынче был для него торжественный день – годовщина его коронования. Перед утром он задремал на несколько часов и здоровый, веселый, свежий, в том счастливом расположении духа, в котором всё кажется возможным и всё удается, сел на лошадь и выехал в поле. Он стоял неподвижно, глядя на виднеющиеся из за тумана высоты, и на холодном лице его был тот особый оттенок самоуверенного, заслуженного счастья, который бывает на лице влюбленного и счастливого мальчика. Маршалы стояли позади его и не смели развлекать его внимание. Он смотрел то на Праценские высоты, то на выплывавшее из тумана солнце.